Но теперь и сам Руслан находится в чужом городе, где у него нет знакомых, и он определенно рассчитывал на приглашение в дом Вороновой, коль уж пришлось объявиться. А приглашения не последовало. Руслан Нильский и прежде не очень-то жаловал жителей столицы, хотя лично знал очень немногих, а уж теперь-то и вовсе решил, что москвичи – народ высокомерный и недружелюбный.

* * *К восьми вечера телефонный обзвон знаменитостей был закончен, Руслан быстро переписал текст, приглаживая корявые фразы и готовя материал к подаче. Из редакции должны позвонить между половиной девятого и девятью, а потом он поведет ротвейлера на вечернюю часовую прогулку.

Он достал бумажку, которую дал ему накануне Андрей Константинович. Редакционное задание он выполнил, пора и своими делами заняться. Итак, с кого начнем?

Судя по номерам телефонов, один из знакомых Андрея Константиновича жил где-то неподалеку, первые три цифры были такими же, как и в номере телефона квартиры, где находился Руслан. Напротив номера четким почерком гендиректора было написано: Анна Моисеевна.

– Алло, – пропел в трубке нежный голосок, и сердце Руслана радостно забилось. Обладательница такого восхитительного голоса должна быть юной и прелестной. Как романтично было бы встречаться с ней каждое утро и каждый вечер и подолгу не спеша прогуливаться. Вместе с собаками, конечно.

– Анна Моисеевна?

– Минутку.

Голосок куда-то отстранился и крикнул в невидимое пространство:

– Тетя Аня, это тебя!

Через несколько секунд Руслан услышал:

– Слушаю!

Этот голос был совсем другим, тоже звонким и уверенным, но явно принадлежащим женщине постарше. Руслан приуныл.

– Анна Моисеевна, я от Андрея Константиновича, – начал он.

– Да-да, Андрюша мне говорил о вас. Какие проблемы?

– Знаете, меня что-то собака беспокоит, – Руслан приготовился выдавать заранее придуманную легенду. – По-моему, у нее что-то с желудком.

– Отказывается от еды?

– Ну… так… Аппетит не очень хороший.

– Понос есть?

– Кажется, нет, но вообще мне не очень нравится…

– Что вам конкретно не нравится? – деловито спрашивала Анна Моисеевна. – Собака странно себя ведет?

– Нет, ведет она себя хорошо. Мне не нравится… ну, что она делает по-большому.

– Ах, стул! – догадалась собеседница.

– Вот-вот, стул. Он какого-то не такого цвета и вообще… Знаете, я в собаках ничего не понимаю, у меня их никогда не было, а собака чужая, породистая, я волнуюсь. И ветеринаров я в Москве никаких не знаю, – солгал Руслан, глядя на приклеенную к дверце холодильника бумажку с номером телефона ветеринара.

– Понятно. Какая порода?

– Ротвейлер.

– Молодая?

– Три года.

– Воспитанная?

– А какое это имеет значение? – удивился Руслан.