Абсолютно деревянное лицо с полностью отсутствующим взглядом и минимальным набором каких-либо эмоций. По ходу, они редко покидают здешние стены, так как всю их внешность можно сравнить с видом местных камер: строгие, угловатые, холодные и совершенно бездушные. От него пахло уставом.

– Еще пять минут, – с этими словами я направился в комнату. Неаккуратно запихнув все необходимое в сумку, я выключил свет и двинулся к вагонетке.

«Наконец хоть посмотрю на тюрьму в дневном свете».

Девочка из телефона постепенно умолкала в моей голове, и я снова начал настраиваться на позитивный лад, так как скоро увижу Алину; я так сильно скучал по ней.

Я уже начал привыкать к этим передвижениям по железной дороге, мне даже показалось, что до первого крыла добрались в два раза быстрей, чем в прошлый раз.

Часы на телефоне показывали без пятнадцати восемь, когда перед нами возник лабиринт, ведущий к выходу. Дойдя до первой развилки, мы почему-то свернули направо, хотя я отчетливо помню, что пришли мы сюда с левой стороны. Но я не стал никак реагировать, наблюдая за тем, куда дальше поведет нас дорога. На стене появилась первая цифра 17, это насторожило меня еще больше, потому как такие цифры нам и вовсе не попадались ранее. По всему телу пробежался холодок волнений.

– Я извиняюсь, а мы точно идем к выходу? – обратился я к спине, идущей впереди.

Но охранник словно меня не слышал.

– Эй, друг, не делай вид, что ты не слышал! – Терпеть не могу, когда меня игнорируют, тем более в таких ситуациях.

Но он даже ухом не повел в ответ на мои обращения. Мы продвигались дальше, поворот за поворотом. Все вокруг – стены, лампы на них, – все это выглядело точно так же, как в прошлый раз, но с небольшими различиями.

«Кажется, меня куда-то увозят, но куда?»

Тут мы вышли на тройную развилку, которая показалась мне знакомой, и уже через несколько шагов я увидел на стене цифру 3.

Протяжно выдохнув, я наконец успокоился."

"Эти катакомбы с ума меня сведут; я был уверен, что правильный проход только один, а может, все это фигня и нет никаких лабиринтов? Так, всего лишь способ запугать?

Снова я стоял перед этой странной дверью с непонятными словами и символами. Мне было очень любопытно, что это за текст и на каком языке написан, но я понимал, что спрашивать смысл нарисованного у этого «зомби» бесполезно.

«В этой тюрьме никто тебе ничего не расскажет, такие уж у них чертовы правила».

Охранник ввел код, дверь отворилась, и моему взору предстала стена из тумана.

«Эта что, шутка?»

Мы нырнули в густую массу, прошли пару шагов, и туман словно закрыл за нами занавес, потому как дверь я уже не видел. Несмотря на то что на улице было самое начало дня, видимость была еще отвратнее, чем в ту ночь, когда я пришел сюда.