И скот разводить, и виноградник разбить, и заведение какое-нибудь можно будет открыть, типа казино…

Ичасо насмешливо фыркнула:

– Казино? На три сотни человек, или сколько вас там поедет? И кому ты мясо и вино собрался там продавать?

А откуда она знает, сколько у нас пока что колонистов набирается? Хотя мы ж особо-то не секретничаем, Глеб вон вообще каждую неделю в газете публикует, сколько у нас оплачено паев и сколько людей изъявили желание переселиться. Пайщиков, кстати, уже одиннадцать, включая меня. Но, по крайней мере, это означает, что она за процессом следит.

– Уже пятьсот почти набирается.

Опять насмешливое фырканье.

– Но это первопроходцы. Думаю, в следующем году уже несколько тысяч переселится, если у нас удачно все пройдет.

– Ты уверен?

Да нет, конечно. Надеюсь.

– Уверен. Иначе бы деньги не вкладывал.

– Ясно. Ну… удачи тогда.

– Спасибо.

Нахохлилась, замолчала. Хм… а может…

Неожиданно для самого себя выпаливаю:

– Поехали со мной!

Удивил, это заметно. Зеленые глаза слегка растерянно моргнули пару раз.

– Спасибо, конечно, за предложение… но что я там буду делать?"

"– Найдешь что.

Здесь уже все освоено, скучно, а там новый мир.

Ичасо машинально накрутила рыжий локон на палец, задумчиво глядя куда-то сквозь стол.

– У вас же там русская колония будет, а я русского не знаю.

Блин, я в общем-то скорее в качестве обязательного для кабальеро «широкого романтического жеста» пригласил. Неужели она всерьез раздумывает? Нет, я «за», не ожидал просто.

– Английский все знают. А там и русский выучишь. Он к испанскому ближе, чем тот же английский.

Ну мне так кажется, по крайней мере. Не знаю уж, как там с точки зрения лингвистов дело обстоит.

Девушка подумала еще с полминуты, после чего решительно помотала головой:

– Нет. Прости, Витали, и спасибо за предложение, мне очень приятно, правда, но я не могу. По крайней мере, сейчас. Может, через пару лет и приеду посмотреть, как вы там обустроились.

Печально (и почти не наигранно) вздыхаю:

– Понятно…

Ичасо приподнимается со стула, нагибается над столом и крепко целует меня теплыми, сладкими от круассанов губами.

– Спасибо. Мне правда очень, очень приятно.

Высокий худощавый официант подходит к нашему столику:

– Еще кофе? Или круассанов?

Блин, вот как-то не очень вовремя.

У нас тут романтическая сцена вообще-то. Эх, ладно, что уж теперь. Киваю:

– Да, мне еще латте, пожалуйста. И еще фисташковое пирожное, маленькое такое, круглое.

Официант понимающе кивнул и перевел взгляд на Ичасо, допивающую первую порцию кофе.

– А мне двойной эспрессо и еще один круас…

Далекий звук, будто какой-то гигант разорвал сразу множество слоев грубой ткани, заставил всех сидящих за столиками на тротуаре повернуть головы на юг.