Опять же, помимо фороракосов встречаются волки, а в отчетах орденской экспедиции, посвященных здешним местам, есть упоминания о каком-то «кошачьем» хищнике, похожем на пуму. У этого с прыгучестью точно все в порядке.

– Ладно, Толик, пойду я.

– Давай…

Попрощавшись с нашим главным животноводом, бреду обратно к поселку, не забывая оглядываться по сторонам. После устроенной два дня назад зачистки хищников в окрестностях вроде как не осталось, ну да осторожности лучше не терять. Для тех же фороракосов, думаю, откочевать за сутки километров на сто не составит ни малейшей проблемы.

Правда, Олег должен их заметить, он человек ответственный, спать на посту не будет.

Прищурившись от сухого резкого ветра и яркого солнца, смотрю на холм. На фоне бледно-голубого неба четко выделяются водонапорная башня (в ложбинке) и сторожевая вышка (на высоком «роге»), на которой сейчас, согласно графику, и несет службу Мокеев-младший. Дежурство на вышке у нас круглосуточное, для темного времени есть ночник-«гляделка». Сама вышка укреплена стальными листами, мешками с песком и оборудована пулеметом – американским M2.

Он, конечно, старенький, уже девяносто лет как на вооружении, но двенадцать и семь есть двенадцать и семь. Да и создай Джон Мозес Браунинг плохой пулемет, почти век его творение в строю точно не продержалось бы. С учетом расположения на господствующей высоте и небольшого количества естественных укрытий в округе, хороший пулеметчик с такой позиции может плотно контролировать окрестности в радиусе километров двух как минимум. Правда, ключевое слово – «хороший», а с этим у нас… м-дя. Ну работаем, занятия проводим, стрельбы. Патронов вон уже полторы сотни сожгли, мне жаба чуть трахею не сломала. Но дело нужное, приходится идти на расходы.

Да, кстати, – мне же самому ночью заступать, чуть не забыл. Надо будет одеться потеплее, холодрыга на холме в ночное время – жуть. И скучно: местная живность как-то по ночам не особо шастает, а та, что мы привезли, и вовсе сидит взаперти. Ну пусть сидит – целее будет.

По сути, животноводством здесь, на са́мом юге, все возможности для товарного сельского хозяйства и исчерпываются. Выращивать что-то в открытом грунте – дело не слишком здравое.

Да, сейчас тепло, а на солнышке и вовсе жарко – я вон куртку снял, иду в футболке, и то припекает. Но сегодня ночью, например, температура падала до трех градусов. Тепла, не холода, но при этом не просто «шел снег», а бушевала настоящая буря – у моего дома полуметровый сугроб мелкой ледяной крупы намело. Интересно, кстати, растаял уже? На открытых местах-то уже к утру все растаяло. В общем, бескрайние пшенично-кукурузные поля – это явно не о Ладоге.