Лишь бы не унизить себя ещё больше, чем это уже сделала она.

А ведь он, конченый дурак, верил, что сегодня — в вечер выпускного из универа — все будет иначе. Что наконец-то он покажет всем, что эта девушка — ослепительная, яркая, дерзкая — принадлежит именно ему…

Но нет. Ей слишком нравилась эта игра. Нравилось, что он не смотрит ни на кого, кроме неё, а на неё при этом смотрят абсолютно все…

Они были вместе уже полгода. Но все — исключительно тайно. Ей хотелось оставаться внешне свободной, её, вероятно, возбуждали их тайные встречи и она обожала вызывать у него дикую ревность, флиртуя на его глазах с другими…

А он терпел. Потому что хотел её — слишком сильно. Любил — слишком сильно. И все эмоции, что она вызывала, были именно такими — за пределами здравого смысла…

Наверно, именно это и толкнуло его на поступок, который напрочь перевернул впоследствии всю его жизнь.

Настя сидела в самом тёмном уголке помещения. Похоже, шумная атмосфера клуба, который они сняли, чтобы отметить выпуск, её пугала. Неудивительно: эта тихая, скромная девочка и в обычной ситуации держалась всегда немного в тени. Он не уставал удивляться тому, что они каким-то образом вообще могли дружить с Катей. Находил этому лишь одно объяснение: Катя водила её с собой потому, что на Настином фоне она блистала ещё ярче, ещё выразительнее…

Впрочем, сейчас ему не было дела до тонкостей отношений двух подруг. Вернее — его интересовало только одно: возможность отомстить…

Ему было больно. Обидно. Его разрывало на части, и эта кипучая лава, в которую превратились его внутренности, требовала выхода. Требовала сжечь все дотла…

Если она вела себя так — он поступит с ней аналогичным образом. Будет крутить с другой… с её лучшей подругой. Нет, он пойдёт ещё дальше — переспит с Настей, а потом во всех красках распишет это Кате, чтобы она наконец поняла, что это такое — когда с твоими чувствами так жестоко играют…

О чувствах Насти в тот момент он попросту не думал.

— Скучаешь? — поинтересовался, присаживаясь с ней рядом.

Близко. Не настолько, чтобы спугнуть, но достаточно, чтобы невзначай коснуться её локтем…

Она вздрогнула, когда его рука соприкоснулась с её спиной. Но не вскочила, не убежала, лишь взгляд смущённо упёрся в собственные руки, сложенные на коленях.

— Не люблю такие места, — призналась откровенно. — Но Катя сказала, что надо пойти, а то потом всю жизнь буду жалеть, что про… пустила такой выпускной.

Он усмехнулся. Настя запнулась недаром: он был абсолютно уверен, что Катя выразилась куда грубее, но эта девчонка такого повторить попросту не могла.

— Знаешь, а мне тоже тут надоело, — произнес скучающим тоном.

Она впервые рискнула открыто посмотреть ему в лицо.

— А мне показалось, что тебе тут нравится.