Джозеф удачно выбрал время, когда все переодевались к ужину и не могли обеспечить себе алиби; зато он позаботился о своем, постоянно беседуя с единственным человеком, которого у нас не было оснований подозревать.

– Похоже, все дело в той двери, – задумчиво пробормотал сержант.

– В какой двери?

– Между его комнатой и ванной мисс Клэр.

– Считаешь, это была аудиозапись? Возможно, но маловероятно. К тому же в доме нет ни одного проигрывателя."

"– Но если Джозеф постоянно находился в своей комнате, как он мог это сделать?

– Не важно как. К твоему вопросу мы еще вернемся. А сейчас я хочу проследить все его действия после убийства. Прежде всего он устроил так, чтобы Стивен оказался среди тех, кто обнаружил труп. Это позволило ему внушить нам мысль, будто Стивен и глазом не моргнул при виде мертвеца.

– Он так вам сказал?

– Разумеется, не прямо. Он заявил, что его дорогой племянник не любит показывать свои чувства, однако намекнул, что Стивен совершенно бессердечен. Но тут вышла неувязка. Я неплохо разбираюсь в людях – лучше, чем думает Джозеф, – и успел заметить, что Стивен действительно любил своего дядю и был расстроен его смертью гораздо больше, чем старался показать. Хотя, конечно, Джозеф привел Стивена в спальню Натаниэля не только для этого. Пока он изображал скорбящего над телом брата, Стивен, как и любой бы на его месте, проверил окна и дверь ванной. Теоретически это давало ему возможность замаскировать следы взлома. Дядюшке Джозефу оставалось лишь выразить уверенность, что окна были закрыты. Когда я спросил, видел ли он сам, он ответил: нет, зато видел его племянник, а это, мол, одно и то же. Джозеф прекрасно знал, что это не одно и то же, но убеждал нас, что добрый и наивный дядюшка не сомневается в своем племяннике. О, поверь, он настоящий мастер!

– Звучит просто чудовищно, – покачал головой сержант.

– Надеюсь, ты не считаешь, что человек, зарезавший собственного брата, ангелочек с крыльями?

– Все равно, сэр, одно не вяжется с другим. Могу поклясться, что Джозеф изо всех сил старался отвести подозрения от Стивена! Он из кожи вон лез, доказывая, что грубость племянника ничего не значит, и пытался оправдать его.

– Ну еще бы! Это была его роль, и роль отлично сыгранная. Скажи, ему удалось убедить тебя, что Стивен невиновен?

– Нет, сэр.

– В том-то и дело, – кивнул Хемингуэй. – Он выбирал самые нелепые и смехотворные аргументы, которые только усиливали наши подозрения. В этом и заключался его план. Все самые опасные для Стивена факты я узнал либо напрямую от его дяди – благодаря его якобы невинной болтовне, – либо с его помощью, например, когда он намекнул мисс Дин, что Стивен стал наследником.