— Ника,  в конце концов, ты ничего не теряешь, если просто скажешь этому мужику о своей беременности. Он имеет право знать!

— Ему это право к черту не сдалось, — невесело хмыкнула я. — Тем более, что я понятия не имею, кто он и где его искать.

Вася нахмурилась, о чем-то мучительно думая. Некоторое время спустя она с досадой вздохнула:

— Я тоже так и не могу вспомнить, где его видела раньше. Но ты можешь пойти в тот же бар! Может, он там завсегдатай?

Я не могла и представить себе ничего более унизительного, чем это выслеживание человека, который и думать обо мне уже забыл. Пойти на подобное меня заставил бы только самый крайний случай.

Впрочем, вполне возможно, он уже настал.

Но я отмахнулась от этой мысли, заставляя себя сосредоточиться на более важных вещах.

— Я подумаю об этом, ладно? — сказала подруге, выдавливая слабую улыбку. — А в первую очередь мне сейчас лучше удостовериться, что с моим ребенком все в порядке. Завтра у меня как раз назначено узи…

— Тебе есть куда пойти хоть? — спросила Вася, глядя на меня с молчаливым пониманием.

Я обреченно помотала головой.

— Сниму что-нибудь…

— И сольешь на это последние деньги, — проворчала подруга. — Оставайся пока у меня.

Она предложила это совершенно обычно — без показного добродушия, без вида, с которым делают одолжение… Это была простая дружеская рука помощи.

И я ее с благодарностью приняла.

7

Когда на следующий день я вышла из клиники после узи, настроение мое было не в пример лучше, чем накануне.

Простое знание, что с ребенком все в порядке и он развивается как следует, буквально окрыляло. И хотя сейчас, на четвертой неделе, я могла видеть лишь очертания плодного яйца, все равно испытывала от этого такие эмоции, как никогда в своей жизни прежде. Эта незатейливая черная точка на экране казалась мне воплощенным, самым восхитительным и невероятным чудом на свете.

Я прищурилась на солнце, робко выглянувшем впервые за последние дни, и глубоко вдохнула стылый октябрьский воздух. Все, что давило на меня вчера невидимым грузом, сейчас отошло на задний план. От осознания того, что внутри меня растет ребенок, сил словно бы прибавилось. И я твердо сказала себе — я справлюсь ради него с чем угодно."

"Впрочем, я прекрасно понимала, что проблемы, которые шли за мной буквально по пятам, никуда не денутся. И как бы ни хотелось забыть обо всем и думать лишь о грядущем материнстве, их нужно было решать. И решать быстро.

Сев в машину, я открыла свой список контактов. Помедлила, в очередной раз задав себе вопрос, чего именно хочу добиться и не найдя на него конкретного ответа. Хотя все было достаточно просто — я хотела правды. И кое-какие ответы должны были иметься у той, кому я намеревалась позвонить.