Я едва сумела подавить в себе желание развернуться и бежать прочь.

Гордо вскинув голову, я поднималась по лестнице. Он — не сводил с меня темного, пробирающего до костей взгляда. И эта тьма была чем-то большим, чем просто цвет его глаз. Она шла словно бы из самого нутра Артема.

Замерев рядом с ним на площадке, я сухо заметила:

— У тебя нет права задавать мне подобные вопросы. Ты его потерял после того, что сделал.

— Ты — моя жена!

Фраза — как свистящий взмах кнута. Как приговор, который он считал себя вправе мне выносить.

— Если все дело только в этом, то это легко поправимо, — пожала я плечами. — Думаю,  нам следует подать на развод.

Я сделала попытку пройти мимо него, чтобы подняться дальше по лестнице, но Артем перегородил мне путь.

— Я не дам согласия.

Он произнес это негромко, но так внушительно, что я вздрогнула. Даже зная, что он никак не сумеет мне помешать — отчего-то испытала тревогу.

— Где ты была? — повторил он вопрос, словно это было чем-то настолько важным, что он намеревался добиться ответа любой ценой.

Я невольно огляделась по сторонам, словно выискивая пути спасения. Но, как назло, в подъезде не было ни души. Как и лифта, в котором можно было бы попытаться скрыться.

— Я не буду перед тобой отчитываться, — проговорила со спокойствием, которого вовсе не ощущала.

— У тебя кто-то есть?

Он не произнес эти слова — прорычал.  Мои губы дрогнули в искривленной, болезненной улыбке. Как мы дошли до всего этого? Еще совсем недавно я бы никогда не поверила, что мой заботливый муж обернется тем, кого мне следовало опасаться. Что его мягкий, ласкающий голос будет пускать по телу дрожь. И уже — не от удовольствия…

Я подняла на него глаза. Вспомнила ту ночь в баре и свою идиотскую идею о мести. Как я тогда, наверно, предвкушала момент, когда кину ему в лицо эти слова — я тебе изменила! Как с удовольствием скажу — другой мужчина меня касался. Другой мужчина владел моим телом…

Другой мужчина стал отцом моего ребенка.

Я вдруг вспомнила о том, что Артем мне наверняка солгал. Что весьма вероятно знал о том, что мы несовместимы. Что заставил меня гробить свое здоровье в желании вылечить то, чем я вовсе не страдала.

А еще — вынудил испытывать чувство вины, за то, что я не такая, как все нормальные женщины. За то, что я — бракованная…

Былой гнев поднялся ураганом со дна души. Захотелось выплеснуть на него все, что я думала и что пережила. Но для этого было не время и не место. Поэтому я произнесла лишь короткое:

— Моя жизнь тебя больше не касается.

В его глазах что-то вспыхнуло. Прищурившись, я отчеканила, наблюдая за его реакцией:

— Я беременна, Артем.

В его взгляде пронеслось столь многое, что я не успевала за стремительной сменой этих эмоций.