- А ты это все знаешь…

- Ее родители часто приезжали к нам в гости.

- Понятно.

Снова оборачиваюсь на девушку, и мне не верится - из гадкого утенка выросла такая красавица, которая не идет, а несет себя так, что все мужики сворачивают головы.

- Вы встречались? - зачем-то спрашиваю я.

- Мы? Нет, конечно. А вот напротив нее - ее заклятая подруга. Ксюша.

- А почему заклятая?"

"- Потому что крепко они, знаешь ли, дружат. До выдернутых наращенных волос. Ну, и до пары шрамов на лице от ногтей.

Ошарашенно смотрю, как мирно эти две девушки общаются. Точнее от их высокомерия фонит даже здесь, но я бы ни за что не подумала, что они могли бы подраться.

- Тоже в детстве?

- Скорее в юности. Подростковый бунт, все такое.

- Парня не поделили? - предполагаю очевидное.

- Можно и так сказать. Солиста одной известной группы, которую Лизе отец заказал на день рождения, а Ксюша посмела ему строить глазки. Как итог, знатный скандал.

Постепенно Рома рассказывает про каждого из гостей. Даже про тех кто в возрасте. При этом он делает это смешно и без снобизма. Просто забавные истории из детства и не только. Я по-настоящему расслабляюсь, много смеюсь и сама не замечаю, как подходит время праздничного ужина.

Как и положено на таких мероприятиях, места расписаны заранее. К счастью, я оказываюсь сидящей рядом с Ромой. А прямо напротив - та самая Лиза и ее поклонник. Именно в этот момент я очень благодарна Карельскому - его истории дают мне возможность не дергаться и не переживать из-за мнения окружающих. Сложно воспринимать всерьез высокомерную фифу напротив, когда ты знаешь про ее детские казусы.

Вечер идет своим чередом. Как я и подозревала, тут оказываются и журналисты. И когда Дмитрий Олегович невзначай оказывается рядом и рассказывает одному из них, что вот, мол, сын плотно общается с девушкой из глубинки, я почти не обижаюсь.

Терпеливо жду, максимально обтекаемо отвечаю на вопросы журналиста. Замечаю, как злится Рома и пытается и раз, и два свернуть разговор, но отец ловко пресекает его попытки. Когда, наконец, все заканчивается, Дмитрий Олегович, сказав пару дежурных фраз, уходит к другим гостям.

- Прости, - раздраженно выдыхает Карельский. - Надеялся обойтись без этого.

- Да уж, веселые у вас отношения.

- Не то слово. Хочешь еще выпить? И может, сбежим отсюда?

Пить и правда хочется после такого-то прессинга.

- Если только воды. И да, я бы ушла, если уже можно.

- Ага, я сейчас.

Рома уходит в сторону столов, а я без особого интереса смотрю по сторонам, подмечая детали, на которые сама бы никогда не обратила внимания.

- Олеся, я бы хотел с вами переговорить, - вдруг раздается рядом. Ко мне подходит Карельский-старший. - Это довольно важно. Пройдемьте в кабинет.

- Но Рома…

- Подождет, - довольно жестко перебивает меня мужчина. - Не упрямьтесь.