Далеко на горизонте возвышались крутые склоны сопок, постепенно переходящих в среднегорье, а еще дальше, впереди, белели шапки местных ""альпийских"" ледников. Но до них предстояло еще добраться. Постепенно узкие тропы уводили уставших членов экспедиции все выше и выше. Становилось свежо, на камнях лежал нерастаявший иней, днем, пока светило солнце, было терпимо, но к вечеру резко похолодало, хотя по календарю было начало мая. Таким образом, времени до условленной встречи было достаточно — почти месяц. Но кто знает, что ждет впереди? Как говорят мудрые люди, если хочешь насмешить бога, то расскажи ему о своих планах.

С заходом солнца холод пробирал до костей. Теплолюбивые друзья полковника буквально по ночам страдали от холода, особенно Стеша, никогда не видевшая ни льда, ни снега, ни гор. Хотя днем, когда солнце нестерпимо припекало, ветер был раскаленным и жарким. Вот такой не благоприятный для здоровья перепад температур. Хорошо, что Строганов не начал экспедицию раньше времени, предположим, в переменчивом марте или апреле, а хуже того в феврале, тогда Сергей и его спутники, быстро околели бы от холода на этих холмах.

Переночевали и вновь в дорогу. Маню остался при лошадях. Животных привязали поводьями друг к другу, и они вереницей вслед за юнгой поплелись вдоль берега. Остальные ""туристы"", продолжая имитировать исследование местности, налегке пошли кратчайшим путем, по гребню хребта, вперед к границе. Полицейский долго молчал, присматриваясь к ""работе"" странной интернациональной экспедиции, которая при двух иностранцах в своем составе, почему-то называлась русской. Но дойдя до подножья ледников, он начал робко протестовать, ссылаясь на близость погранзоны с Казахстаном и Россией. Мун предложил спуститься с гор, повернуть лошадей на восток и направиться к ближайшему местному поселку, а уже оттуда пробираться к китайскому городу Алтай.

Сергей вступать в споры с китайцем не стал, сделал вид, что согласился, а сам приготовился к схватке. По крутой насыпи спустились обратно к реке, рассупонились и стали ждать прибытия Гийома с караваном. Китаец сел на камень, сунул босые ноги в воду, закурил вонючую сигарету и стал гундозить себе что-то под нос, вероятно, старинную китайскую песню. Строганов, инстинктивно огляделся — вокруг ни одной живой души. Судьба проводника была решена. Полковник, словно диверсант, подкрался к нему сзади и со всей силы шарахнул по затылку расслабившегося конвоира сучковатым дрыном. Трухлявый обломок дерева разлетелся на части, но дело свое сделал. Песня оборвалась на полуслове, и бедняга Мун беззвучно рухнул лицом на камни.

Глава 3. Явление снежного человека

Караван с лошадьми пришел к месту отдыха через час.