Наверное, следовало бы перейти в столовую, как это принято делать во всех «состоятельных домах». Вот только, там мы с девочками чувствовали себя как-то неуютно. Поэтому, гостю приходилось страдать на крохотном, для его размеров, табурете.

- Ужинать с нами будешь? – Шаян кивнул и посмотрел в сторону двери.

Кайли замахала ручками, и что-то защебетала на своем детском наречии.

- Подержишь? - Мужчина кивнул. На его фоне ребенок действительно был крошечным.

- Ты нашла, кто будет за ними присматривать? Если нет, я могу прислать кого – нибудь из….

- Я нашла. – Перебила нага. Его попытка всунуть нос в наш быт, могла бы насторожить, если бы не одна странная догадка. – Шаян, ты же понимаешь, если попробуешь поставить метку на ком – нибудь из моих девочек до совершеннолетия, Ронни лично проводит тебя в долину Харанмата? - Под потолком раздалось одобрительное «КАР!».

- Метку нельзя поставить, пока Ронда не достигнет двадцати. – Пробубнил Шаян. – Зря ты так обо мне думаешь. Я должен опекать найру, а не…

- Я не думаю, я предупреждаю. - В кухне снова повисла тишина. – Можешь приходить в гости. Иногда. Как друг семьи.

Камилл

Камилл, не в самом хорошем расположении духа прогуливалась между розовыми клумбами. Яркие цветы, в своем последнем цветении, пахли особенно сладко. Долгие прогулки на свежем воздухе стали для сэйи Шутрук своеобразной отдушиной. Она могла часами наблюдать за жизнью мелких насекомых, птиц и садовых растений. Иногда записывала свои наблюдения в тонкую, ученическую тетрадь. В такие юные маги записывают заклинания, комбинации рун и магические плетения. Конечно, она могла бы приказать принести ей что-то более существенное. Но, всерьез полагала, что для пары ничего не значащих заметок этого будет достаточно.

Тесный особняк, капризы Виленты, безразличие супруга и неопределенность, изрядно измотали женщину. Но, все эти неудобства казались мелочью, временными трудностями по сравнению с невозможностью сесть за игральный стол.

Несколько раз Камилл пробовала найти себе партнера по картам среди обитателей особняка. Слуги, предсказуемо, отказывали сэйе в этой маленькой радости. Вилента в картах оказалась настолько бездарна, что никакого удовлетворения от партии Камилл не испытала. Наоборот, раздражение только нарастало. Сэйя Кюри, как и остальные, категорически отказывалась в этом участвовать. Ссылалась на прямой запрет Дариша.  Камилл особо не возражала. Нереализованный азарт, конечно, не давал спокойно жить. Но, женщина прекрасно осознавала, какие последствия ждут смотрительницу в случае неповиновения. Оставалось надеяться на то, что рождение ребенка смягчит сердце Советника и жизнь вернется в прежнее русло.

Погрузившись в свои мысли, Камилл не заметила, как к ней подошла Вилента.