— Нужно ответить, — говорю я, отстраняясь от Никиты, и нажимаю зеленую кнопку.

— Настя? — звучит в трубке отдаленно знакомый голос. — Я от Третьякова. Владимира, — тут же уточняет мужчина. — Меня зовут Титомир. Ты, наверное, меня не помнишь?

Тит Рахманинов, лучший друг Володи. Помню я, конечно. Все.

— Как его состояние? Он… Ему стало хуже?

Сердце пускается в бешеный галоп. Горло сковывает спазм.

— Все нормально, — заверяет Тит. — Вчера вечером Вову вывели из медикаментозного сна. Сотряс он получил приличный. Сломано два ребра, да и вообще выглядит сильно помятым. Еще недельку-другую даст врачам над собой поиздеваться, а потом начнет рваться в бой.

— Куда?

— На работу. Вова попросил связаться с тобой и кое-что передать. Я могу подъехать?

Смотрю в окно на горящие окна своей многоэтажки. Продолжать вечер с Никитой я и так не планировала. Встречаться с другом Володи — тем более. Но как же радостно от долгожданной новости, что Третьяков пришел в себя и с ним все в относительном порядке!

— Да, конечно. Заезжай.

— Отлично. Скоро буду на месте. Адрес у меня есть.

Я сжимаю в руке телефон, чувствуя облегчение такой силы, словно с плеч упала многотонная плита.

— Кто это был? — спрашивает Никита.

Жаль, что ему пришлось услышать разговор о другом мужчине. Впрочем, это не мои проблемы.

— Настя? — зовет Щербаков, когда долго не отзываюсь.

Кажется, что в его голосе слышна ревность. Я поворачиваюсь и не могу сдержать улыбки. Насупив брови, Никита смотрит исподлобья. Нет, мне не кажется. Действительно ревнует.

— Это неважно.

Злить намеренно я, конечно же, никого не хочу, но и посвящать в свои дела после одного поцелуя — тоже. Думаю, Никита это понимает.

— Пока, — улыбаюсь и тянусь к ручке двери, но слышится щелчок блокировки. — И что это значит? — Теперь мой черед хмуриться.

— Что я хочу знать, кто к тебе сейчас приедет. Меня ты динамишь, а какого-то мужика ждешь. И выглядишь при этом такой счастливой, будто… Даже слов подобрать не могу.

— И не нужно ничего подбирать, — смягчаюсь я. — Роль ревнивого Отелло тебе не идет, Никита. Открой дверь. И не дави на меня. Я же не прошу тебя отчитываться, с кем ты проводишь время по вечерам.

— Ни с кем. С работой, — тут же отвечает он.

— Совсем-совсем ни с кем? — флиртую я, вновь кайфуя от этой легкости. Или от того, что у Володи все хорошо? Наверное, все вместе взятое.

— В кулак дрочу. Представляя тебя, — говорит Никита на полном серьезе.

Щеки обдает жаром. Молодой, горячий, привлекательный, прямолинейный."

"Господи, Настя, ну что тебе еще надо? Скажи ему «да». Проведете вместе несколько запоминающихся ночей и разойдетесь каждый своей дорогой. Да, с Никитой вряд ли будут такие запредельные чувства, как были с Володей, до подгибающихся ног и сильного головокружения.