— Почему же в таком случае майор Артемьев не пошел в военную прокуратуру или не обратился в военную контрразведку?

— Мы не знаем всех деталей дела… На этот вопрос мог бы ответить только сам майор Артемьев. Но убийца, он же предатель, должен находиться где-то рядом.

— Думаешь, он в штабе дивизиона авиационной разведки?"

"Поднялись по крутому склону к самому лесу. Отсюда река выглядела еще более живописно. Всмотревшись в даль, Тимофей увидел, что она огибает огромный гранитный утес, торчащий посреди равнины, у подножья которого заболоченная пойма, а выше по течению — песчаный узкий мысок. Капитан разглядел небольшой рыболовецкий домик, невесть как уцелевший в лихую годину.

Романцев внимательно посмотрел на майора Груздева:

— Ты в курсе, что в штабе авиационной разведки и раньше не все было в порядке?

— Слышал, случались какие-то накладки. Мы их разбирали в военной прокуратуре… Однажды, помню, летчики не в том районе отбомбились. Решили, что они просто ошиблись районом — ночью тяжело ориентироваться. В другой раз наши зенитки по пустому квадрату стреляли. Впоследствии узнали, что немцы провели передислокацию и вовремя покинули этот квадрат. Думали на обычное разгильдяйство. Даже наказали кого-то. А оно вон что выходит — предательство!

— Скоро наступление, вот немцы и активизировались. Нужно будет действовать осторожнее. То, что мы здесь выяснили, пока должно оставаться в строжайшей тайне. Не исключаю, что предатель может быть в штабе дивизии. — Романцев посмотрел на часы. — Давай встретимся в штабе дивизии часов в шесть.

— Договорились, — согласился майор Груздев.

* * *Расставшись с Груздевым, Тимофей решил навестить старшину Щербака. В гарнизонной тюрьме его не оказалось, выяснилось, что вместе с другими арестантами старшину отправили на рытье окопов.

Романцев выехал на место. Показав удостоверение сотрудника военной контрразведки караульному, капитан спросил разрешения переговорить со старшиной Щербаком. Воткнув лопату в землю, Богдан подошел к Тимофею:

— Здравия желаю, товарищ капитан!

— Здравствуй, Богдан, — протянул руку Романцев. — Видишь, по твоей просьбе я здесь.

— Извините, товарищ капитан, что так получилось. Просто у меня не было другого выхода.

— Ты правильно сделал. Я уже ознакомился с делом, побывал в дивизионе авиационной разведки, сейчас мы проводим серьезные следственные мероприятия. Действительно, в этом деле очень много странного. Попытаемся выяснить, что там происходит… Сам-то как?

— Несправедливо вышло… Мне даже не за себя обидно, а за ребят… Ведь погибли, а их добрым словом даже не вспомнили… А тут еще и меня в трусости обвиняют.

— Этот майор — тот еще гусь. Но ударил ты его, конечно, зря. Постараюсь тебе помочь, сделаю все, что в моих силах.