Мурашки бегут от того, насколько он кажется угрожающим.

— Мира, — а вот тон наоборот меняется… Рома сглатывает, смотрит на меня и спрашивает: — Ты ему разрешала себя целовать?

Мне кажется, в этот момент из каждой моей поры сочится желание, чтобы Рома мне поверил.

Я судорожно мотаю головой и тараторю:

— Нет-нет-нет…

— Я тебя услышал.

Замолкаю и тянусь к лицу, когда Рома кивает и возвращается взглядом к Денису.

Смотрит на него. Снова каменеет будто. Произносит:

— Я бы мог сделать тебе предупреждение. Всё же вас связывает какое-никакое прошлое. Прекрасно понимаю твои чувства, очень сложно не терять рядом с ней голову. Но знаешь… Предупреждения не будет.

Рома заканчивает, я замираю… А потом закрываю ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, потому что в живот Дениса врезается Ромин кулак.

Мой бывший кашляет, сгибается пополам. Рома перехватывает неудачливого ухажера за затылок и давит, нагибая ещё ниже. Сам тоже наклоняется, говорит что-то тихо и на ухо. Что именно — я не слышу.

Выпрямившись, Рома стряхивает руки и протягивает одну мне.

— Идем, Мира. Считай, я подаю тебе знак.

Глава 31. Роман

Я сжимаю руку Миры и тяну за собой. Понимаю, что шагаю слишком широко и быстро, ей приходится догонять меня пробежками, но если остановлюсь — вернусь и начищу морду её бывшему придурку.

Руки прямо огнем горят, так хотят действия.

Мне мало для удовлетворения звуков задыхающегося кашля, красной рожи и прижатых к животу рук.

Мы выходим на улицу, в лицо бьет холодный, остужающий ветер. Это именно то, что мне нужно.

Молча открываю дверь в машину и помогаю Мире забраться на пассажирское.

Вижу, что она испугана, но вот так сходу улыбнуться, пошутить, разрядить обстановку не могу."

"Пока не отпустило.

Захлопнув её дверь, отхожу в сторону. Стою, смотря на носки туфель. Дышу.

Вернувшись в зал после звонка и не увидев Миры на нашем месте, отчего-то сразу заволновался.

Вроде бы что может случиться, да? Танцует. Болтает с кем-то. В туалет ушла. Всякое.

Но у меня чуйка.

Спросил у одной из подруг, оказалось, Мира действительно в уборной. Подождал немного… Позвонил… Она трубку не взяла.

И снова же просто сиди себе и жди, а я не могу. Меня тревожит и несет.

Вообще Мира во мне будит странные чувства. Я к ним не привык. Сто лет уже не волновался о ком-то, носящем фамилию отличную от собственной.

А она без конца расширяет спектр испытываемых мной эмоций.

Когда узнал, что гробовщица, а не свадебки варганит — самую малость разозлился, но, в принципе, быстро понял почему соврала. В себе не уверена. Во мне тем более.

Да и изначально ведь врала не мне, меня просто рикошетом задело.

А у нее глубоко внутри живет обида на бывшего, который ушел к подруге, почему-то решив, что другая лучше. Наплевал на чувства Миры.