– Ну, как срок? Идет?

– Идет…

– А скажите-ка мне, Кристина Алексеевна, что все-таки произошло с осужденной Иванченковой?

Кристина похолодела.

С Иркой Иванченковой вышло как-то само собой. Наглая деваха, несмотря на запрет Зобова, продолжала втихаря гнобить Кристину, когда была уверена, что никто, даже всевидящая Ксанка, этого не замечает.

И Кристина не выдержала.

В бане, когда они остались вдвоем, она вдруг резко повернулась и уставилась Ирке в лицо. Та спустя пару минут сделалась вялой, и Кристина, не сводя с ее лица взгляда, велела ей взять таз, налить в него кипяток и окунуть туда голову.

На крик Ирки в баню сбежались все – та корчилась на полу, зажимая красное, все покрытое пузырями лицо, а рядом сидела Кристина с расширившимися от ужаса глазами.

Она очень убедительно, как ей казалось, изобразила испуг и рассказала, как Ирка ни с того ни с сего вдруг окунулась с головой в таз с кипятком.

– Она что-то говорила? – трясла ее «кума», но Кристина только тряслась, как в ознобе, и стучала зубами.

Ирку уложили в санчасть, а потом и вовсе куда-то отправили, а Кристина поняла, как справиться со своими обидчицами и спокойно досидеть срок. И вдруг ее вызывает Красопет и снова начинает расспрашивать о том, что случилось месяц назад."

"– Я же… я же все рассказала начальнице оперчасти… – пробормотала она.

– А мне не хотите все рассказать? – с нажимом спросил Зобов.

– Я не понимаю…

– Ты что же думаешь, я ничего не знаю? – подавшись вперед, зашипел вдруг Зобов. – Да я насквозь тебя вижу!

«А вот это уж фиг тебе», – подумала Кристина, набрала побольше воздуха в грудь и, задержав на секунду дыхание, уставилась ему в глаза.

Но неожиданно, вместо того чтобы впасть в транс, Зобов протянул руку и, схватив Кристину за волосы, ударил лбом об стол:

– Не со мной, поняла?! – Он встал, обошел вокруг и снова ударил ее так, что она опять приложилась уже разбитым лбом о столешницу. – Никогда ты не будешь смотреть так на меня, уяснила? И если будешь делать все правильно, выйдешь отсюда сильно быстрее, чем суд решил. – Он наклонился к самому ее уху и зашептал: – Ты все поняла? – Кристина мелко закивала, чувствуя, как каждое движение отдается жуткой болью в голове. – Вот и умница. А свои способности придержи, не ровен час – узнает кто, могут ночью и заточку в бок всадить. Будешь умницей – я тебе помогу.

Она тогда не знала, что Зобов навел кое-какие справки и узнал об этой ее странной особенности, об умении подчинить себе чужую волю.

Потом он несколько раз проверял ее, чтобы убедиться, что это на самом деле правда.