Нет, надо прекращать это безумие. День прошел, а он уже везде мне мерещится.

— Сама ты эскорт! — возмутился Зак, оборвав мои мысли. — А мы — охрана!

— «Эскорт» — это и есть охрана, балбес, — снова беззлобно рассмеялась Дейзи. Обернулась ко мне. — Знали бы мы, что у тебя уже появились поклонники, не стали бы ждать.

— Так вы специально меня дожидались? — удивилась я.

— Да. Некоторые знатнюки бывают редкостными гов…

Селия пихнула ее в бок, Дейзи осеклась.

— В смысле я хотела сказать, что некоторые молодые люди из хороших родов порой ведут себя совершенно неприемлемо, — произнесла она под дружный смех близнецов.

Да, похоже, не мне одной тут помогают изучать хорошие манеры. И не так-то просто с ними освоиться.

Зен поежился, обхватив руками плечи. Дни пока стояли теплые, но по утрам и вечерам уже чувствовалась осень. Над землей висел промозглый туман. Солнце, окончательно поднявшись, разгонит его, но сейчас сырость пробирала даже сквозь мундир.

— Ну так чего мы стоим? — спросил Зак. — Еще кого-то ждем? Кстати, привет, котенок. С вами, девками, заболтаешься, голову забудешь, не то что поздороваться.

— Барышнями, — поправила его Селия, прежде чем я успела попросить не называть меня «девкой».

На самом деле это не было оскорблением. Наоборот, признанием, что я «своя», а не избалованная «барышня» — к слову, именно «барышней» меня в приюте назвали бы, желая задеть. Точно так же, как в глазах приютских парней «настоящий мужик» — похвала, но для знатных людей, со слов госпожи Кассии, это было оскорблением — «необразованный и невоспитанный дикарь».

Может быть, из-за нее меня сейчас тоже царапнула эта «девка».

— Девки в деревне коз пасут и воду носят, — продолжала Селия.

— Ну извиняйте, барышня, — ответил ей Зак. — Мы-то как раз деревенские и есть. Ежели рылом не вышли, так и скажите, подальше держаться станем, чтобы взор не оскорблять."

"— Хватит! — рявкнула Дейзи, но ее никто не услышал.

— Если бы я считала, что вы недостойны приличного общества, я бы с вами и разговаривать не стала, — сказала Селия. — Но поскольку вы все-таки в приличном обществе, постарайтесь вести себя прилично, а не как…

— Чернь? — поинтересовался Зак.

Я невольно вспомнила вчерашнюю отповедь Оливии. Можно пытаться разобрать стену — хотя едва ли она когда-нибудь исчезнет окончательно, а можно подкладывать в нее все новые и новые камни.

— Хватит, правда. — Я постаралась говорить как можно мягче. — В чужой монастырь со своим уставом не ходят.

— Даже если его устав считает тебя недочеловеком? — не унимался Зак.

— Устав как раз называет всех равными. Может быть, вас, как и меня, тоже успели не раз ткнуть носом в происхождение, но дело не в уставе. И Селия-то тут явно ни при чем.