Полностью подпала под его власть.

В мозгу Дюбре зазвучали первые сигналы тревоги.

— Под его власть?

Хупер кивнула.

О Боже…"

"— Она была готова целовать землю, по которой ступал Фрэнки. Делала все, что он только не просил.

Эллен самодовольно улыбнулась Алвину.

— Можете привести примеры, миссис Хупер?

— Ну, для начала сменила имя. Именно Фрэнки затеял всю историю с Софией Баста. Убедил ее, что она марокканская принцесса или что-то в этом роде. Наплел всякого вздора. Убедил, что у нее есть сестра-близнец, но их разлучили при рождении. Создал для нее другое прошлое, абсолютно другую личность. Думаю, он прочитал эту историю в романе. Но Софи вела себя так, словно все это было на самом деле. Она попросту была не в своем уме.

— Протестую, ваша честь! — пробубнил Уильям Бойс. — Свидетель не эксперт и не имеет права комментировать умственную полноценность обвиняемой.

— Протест принят.

Судья Муньес пыжился, позируя перед камерами, откидывая назад крашеные черные волосы.

— К чему вы клоните, мисс Уоттс?

— Ваша честь, отношения между мистером Манчини и моей клиенткой — ключ ко всему делу. Я намереваюсь показать, что обращение мистера Манчини с моей клиенткой было циничным, расчетливым, и все началось еще в молодости. Что она такая же жертва мистера Манчини, как и люди, которых он убил. Давайте не забывать, что во время каждого преступления моя клиентка была изнасилована мистером Манчини.

— Протестую! — буквально взвыл Алвин Дюбре. — Ее заводили убийства! Секс был по взаимному согласию!

— С такими увечьями? — отпарировала Эллен. — Во всех полицейских отчетах сказано: «изнасилование».

— Полиция не знала, что она была соучастницей!

Наконец-то телевизионщики набрели на настоящий клад: защитники вцепились друг другу в глотки! После двух недель монотонных выступлений Бойса судья наконец-то получил впечатляющий процесс, которого, по его мнению, заслуживал, и целый балкон истекающих слюной папарацци в качестве зрителей! Завтра его имя будет на устах у всех и каждого!

— Продолжайте, мисс Уоттс, — великодушно разрешил он, — но надеюсь, среди свидетелей у вас найдутся психиатры. Присяжных не интересует мнение дилетантов.

Эллен Уоттс торжественно кивнула и, отпустив Дженет Хупер, вызвала следующего свидетеля.

— Защита вызывает доктора Джорджа Петридиса.

Доктор Петридис, красивый мужчина лет пятидесяти в костюме-тройке, с винтажными серебряными карманными часами, был заведующим психиатрическим отделением в бостонской больнице «Масс Дженерал». Он излучал властную силу, и Дюбре с Бойсом с тревогой заметили, с каким вниманием слушали его присяжные. Даже Фрэнки Манчини, казалось, заинтересовался словами известного врача. Во время его показаний, наверное, можно было бы услышать, как упадет булавка.