Те только молча кивнули в ответ, глядя на меня перепуганными глазами.

Ну хотя бы эти двое точно не горели энтузиазмом погеройствовать. Сама же прихватила невостребованную скалку (так-то вещица была довольно длинной и увесистой) и выскочила на улицу, быстро пробираясь к амбару. Конечно, в спешке все входные двери и ворота «гостеприимно» бросили открытыми. Зайти внутрь кому угодно не составило бы никакого труда.

И тут за стеной строения послышался шум и грохот. Кажется, наш маленький отряд возмездия добрался до цели, и теперь гнал неведомого диверсанта, как гончие зайца.

Точнее сказать, неизвестный, опрокидывая в темноте загона вёдра и всё, что попадалось на пути, ломился, как сохатый через тальник, не разбирая дороги. И зачем-то прямо на меня. Перепутал направления, потерял ли выход – не знаю. Но звук беспорядочного бегства приближался к той открытой двери, у которой застыла я.

Ну конечно! Не хватало ещё, чтобы какой-то хмырь вырвался во двор, устроил здесь полный аврал и окончательно испугал Мариэль. Четыре настороженных глаза так и продолжали следить за происходящим в домашнее окно.

В общем, не нашла ничего лучшего, как отринуть все сомнения, укрыться сбоку от входа, покрепче перехватить скалку и резко выставить её навстречу незваному визитёру. Даже на каком-то злом отчаянии сообразила прикинуть примерную высоту среднего мужского роста, чтобы наверняка попасть в лицо, а там уже куда придётся."

"Лесия с каминным вертелом в замахе едва успела затормозить, чтобы не споткнуться об обмякшее тело опрокинувшегося навзничь… Я осторожно перевернула завалившегося на бок гостя и признала в нём этого… ну да! Худосочный из компании гончаров.

- Вот тебе и виновники, вот и доказательства. – самой себе констатировала я, - Верёвки, быстро! – скомандовала подоспевшей Кристи. Пышечка немного отстала от более подвижной боевой подруги и добежать успела уже к самой развязке.

Тощий начал подавать признаки воскрешения: тряс головой, слабо шевелился и даже предпринимал отчаянные попытки приподнять свой тщедушный организм на карачки. Всё-таки лобная кость – штука крепкая. Максимум, чего я добилась – временной дезориентации, потери равновесия и, может быть, сотрясения мозга.

Если там имелось, чему сотрястись.

Кристи обернулась быстро. Втроём мы махом спеленали супостата и привалили с стене амбара.

- Лесия, ноги вяжи. – скомандовала я.

- Так вроде бы нормально спутали. – Кристи неуверенно указала на заведённые за спину, связанные руки стонущего гончара.

- Не спорь. И не смотри, что он такой на вид дохлый. Он теми руками, межу прочим, камни дробил, они у него как клещи железные. Вяжи, Лесия, чтобы вообще шевелиться не мог.