Иное дело большая разница в силе дара, это да, подобное неприемлемо.

— Вот только у неё он никаких иных чувств, кроме как раздражения не вызывает, — хмыкнула Астафьева.

— А я, стало быть, вызываю, — слегка пожал плечами я, словно показывая абсурдность этой мысли.

— Ну, по меньшей мере, о вас она вспоминает без негатива, называет другом и порой даже ставит в пример.

В этот момент новая фигура заданная распорядителем бала развела нас и моей партнёршей стала статная и стройная дама хорошо за сорок, что ни коим образом не отразилось на её внешности. Наоборот, она выглядела спелым, налившимся соком и на вид очень сладким плодом. Ага, бальзаковский возраст это мой типаж. И уж тем паче, что местным женщинам, благодаря дару получается куда дольше сохранять свежесть и привлекательность.

— Сударыня, — улыбнувшись я изобразил кивком поклон.

— Сударь, — ответила мне она."

"Я невольно залюбовался этой красавицей, смуглое лицо с правильными чертами, мягкий и в то же время решительный, оценивающий взгляд. Полноватые губы, которые придавали её облику чувственности. Тёмные волосы уложены в затейливую причёску, не прижились в России парики, с боку изысканная брошь с самоцветами и белым пёрышком. Грация и женственность от которых не отвести взор.

М-да. С благородными женщинами этой России, всё не однозначно. Вполне может статься и так, что сейчас на моём предплечье лежит рука оправившая к праотцам не одного врага. Увы и ах, но это вполне реально, и с парочкой таких валькирий я знаком довольно близко, а третья и вовсе является моей матерью. Как они при этом умудряются не терять свою женственность, для меня остаётся загадкой.

К чему это я? Да к тому, что вот эта незнакомка сразу приковала к себе мой взор. Не то, чтобы я поплыл, но она целиком и полностью отвечала моему плану по обеспечению безопасности моих руки и сердца. Да-да, Мария оказалась совершенно права и на меня посматривали как на желанную добычу. Предполагаю, что не столько из-за должника князя Долгорукова, сколько из-за внимания оказываемого великой княжной.

В перерыве между танцами, к нам подошёл Афанасьев-младший, и испросив моего дозволения, пригласил Марию. И чего было спрашивать во второй-то раз? Ведь он уже значится в её бальной книжице.

Занятная вещица, между прочим. Эдакая программка где расписан весь репертуар и есть место для внесения имени того, кому обещан танец. Это позволяет избежать неразберихи и соблюсти приличия. А так же, служит поводом гордости для девиц и дам.

Эти книжицы являются документальным подтверждением того, как популярна была их обладательница в свою бытность, а кто-то, несмотря на возраст продолжал пополнять эту коллекцию, складывая их в отдельную шкатулку, а то уже и ларец.