Оно вроде как и боевой выход, но в то ж время мы сейчас в крепости, а значит посторонние уши и глаза могут оказаться поблизости в любой момент. Вот и обращается Клим официально.

— Что стряслось? — удивляясь своему крепкому сну, рывком сел, и глянул по сторонам.

Сеновал, как сеновал, с ночи ничего не изменилось. Но это внутри. А вот снаружи какая-то суета. Куда-то бегут солдаты, отдают команды десятники и офицеры. Гомон, топот ног, скрип, стук дерева, лязг металла, ржание лошадей, детский плач. Дети? В крепости? Что з-за…

— Ливонцы пожаловали. Крепость села в осаду, — пояснил Хруст.

— О как. Никогда такого не было, и вот опять, — бог весть отчего сразу припомнились слова Черномырдина.

Ну вот какого остались в крепости? Могли же забрать лошадей и уйти в ночь. Расслабился. Границу пересекли, Ливония осталась позади, вокруг только свои, можно и отдохнуть по нормальному. А та возьми и припрись вослед."