Джессика зевнула и привалилась спиной к диванным подушкам. В этом диковинном автобусе диваны были с подушками! От тепла ее разморило и потянуло в сон.

– А где артисты, а? Как ты думаешь, они уже приехали?

Они сидели так довольно долго и переговаривались – довольно вяло, – и уже Джессика подтянула ноги и укрылась пледом, и Настя принялась неудержимо зевать, и тут прибежала Мила.

– Девчонки, – громко заговорила она, – на улице холод, ужас, а у нас две сцены уличные! Вы что, спите? Вы даете!.. Олежка приехал, смотрит сейчас, как выставились.

Настя моментально вскинулась и сделала вид, что она и не думала спать.

– Я сказала, что вы здесь, он сказал, чтоб минут через сорок подходили, он сейчас занят.

– А можно посмотреть?

– Где мой сценарий? – сама у себя спросила Мила. – Я была со сценарием или без, кто видел? Что посмотреть вы хотите?

– Ну… что там происходит."

"– Ничего не происходит, Олежка смотрит, как камеры стоят и как рельсы лежат. А потом быстренько с актерами сцену пройдет, и будем снимать. Мы пока в графике, тьфу-тьфу-тьфу. Никто не видел мой сценарий?..

– Я не видела, – призналась Джессика, и Мила засмеялась.

– Если хотите смотреть, давайте за мной!

Настя стала всовывать ноги в ненавистные туфли. Они никак не всовывались.

– Я тут пока посижу, можно? – жалобно проговорила Джессика. – Не хочу на холодрыгу! Я потом, когда артисты…

Настя в конце концов заставила ноги влезть в туфли. Пряжки было не застегнуть, и шут с ними.

Следом за Милой, хромая на обе ноги, она спустилась по лесенке. Мила моментально ускакала вперед, Настя за ней не успевала.

Мила обернулась, приостановилась и подождала.

– Ты чего так хромаешь? Ноги стерла? Вот дурочка, кто же на съемку приезжает на каблуках? Тут и без каблуков с ума сойдешь к вечеру!.

– Мила, а вы же артистка, да?

– Откуда ты знаешь?

– Мне Олег Аллилуев сказал.

– Артистка, – согласилась Мила. – Невеста без места. Я уж и забыла сто лет, что артистка!

– Мила, тебя Эмма ищет! – прокричали издалека.

– Иду! – отозвалась Мила. – Чего она меня ищет, пять минут назад поговорили.

– А почему вы не играете? – спросила Настя, едва успевая за ней. И тут же поняла, что сморозила глупость.

– Потому что негде мне играть, не берет меня никто, – легко сказала Мила.

– А от кого это зависит? Кто не берет?

– От всех зависит, – сказала Мила в сердцах. – От продюсера, режиссера, кастинг-директора, оператора-постановщика! Артист самый последний человек, от него как раз ничего не зависит!.. Он только должен на съемке всю душу из себя вывернуть и предъявить камере. А если не душу, то еще что-нибудь – красоту, уродство, глупость или ум!.. Вот это от него зависит, а больше артист ничего не может. Только сидеть и ждать, когда позовут.