— Я говорил, что тебе нужно оставаться в Бьертане, — отрезал Сорин. — И этому выкормышу говорил тоже.

“Я думала, это потому, что ты не хочешь меня отпускать”, — чуть было не ляпнула я, но поняла, что это прозвучит совсем уж глупо.

Мы стояли друг напротив друга на расстоянии шага. Проклятый рукав платья снова сполз.

— Ты говоришь какой-то бред. Я не понимаю, — покачала головой я. — Причем тут Бьертан? И причем тут мы? Да послушай ты меня, наконец! Я должна сказать тебе, я…

— Ты вынашиваешь дракона. И не просто дракона, а моего сына, потомка древнейшего и одного из самых сильных родов королевства.

— Но все же было хорошо, — растерянно проговорила я. Происходящее казалось мне каким-то бредом, дурным сном. — Я отлично себя чувствовала.

— Потому что я делился с тобой силами и магией. С того самого момента как узнал, что ты беременна.

— Но мы же… мы не…

Я не знала, как сформулировать то, что Сорин половину того времени, что я провела в Бьертане, даже не дотрагивался до меня. Не говоря уже о чем-то большем.

— Ты носила мой ошейник. — Сорин дернул плечом и отвернулся. — Он предназначен для того, чтобы я мог поддерживать т… своего наследника.

Он чуть было не сказал “тебя”? Или мне послышалось?

— Вот как. И что?..

— Соитие самый простой способ поделиться силами с тобой здесь и сейчас. Раз уж ошейник ты решила отвергнуть.

Он сказал об этом так спокойно, как я могла бы сказать, например, о том, что сладкая каша на завтрак лучше всего, раз уж в доме нет булочек. Нет, он серьезно?! Я вспомнила, как хорошо мне было всего несколько минут назад, как я радовалась и как Сорин, чтоб ему провалиться, меня целовал. Так не целуют тех, на кого плевать! Тех, с кем только “соитие”! Упрямый, невыносимый… дракон!

— Моего обычного присутствия было бы достаточно, но это слишком медленный вариант, — невозмутимо продолжил он.

— Соитие, значит, — прошипела я. Соитие! Хорошо, что не “случка”! — Не подходи ко мне больше, слышал? И не дотрагивайся до меня!

Я замахнулась, чтобы ударить Сорина по лицу, но он удержал мою руку. Стоило ожидать, что хватка будет грубой или болезненной, но он едва касался меня, обхватив пальцами запястье в кольцо. По всему телу пробежала горячая волна, круто замешанная на злости, обиде и чертовой дурацкой влюбленности в этого упрямца, которая никак не желала уходить из головы и из сердца.

Чтоб тут все провалилось! Игрид, чтоб тебя комар укусил!"

"— Нет, — негромко сказал Сорин, наклоняясь ко мне, — все будет не так. Я на шаг от тебя не отойду и, обещаю, сделаю все, чтобы этот выскочка получил по заслугам. Если он думает, что может получить и тебя тоже, — то ошибается.

Брошенное вскользь “и тебя тоже” ударило наотмашь.

— Зачем тебе это? — твердо глядя ему в глаза, спросила я.