Но только вы и сами знаете, что говорите все для воздуха… Такие, как я, НЕ ИЗЛЕЧИВАЮТСЯ. Мои гормоны счастья исчерпаны, мне требуется все больше и больше этого сладкого яда, который, возможно, и заменил мне дочь… И все же я хочу, чтобы вы знали, что Натали была хорошей девочкой, и если с ней такое и произошло, то только от слабости… Возможно, ей было одиноко, и она зашла не в ту дверь. Такое встречается…

Корнилов подумал о том, что можно было бы отвезти Людмилу к себе на дачу и попробовать помочь ей пережить ломку, окружить ее вниманием и заботой, попытаться создать ей условия, при которых она бы забылась хоть на время… А почему бы и нет? Вот он, взрослый мужчина, бьется над извечными проблемами очищения общества, ловит преступников, зная, что продажные судьи все равно отпустят их на свободу, вместо того чтобы хотя бы раз в жизни сделать счастливым конкретного человека.

Вот только где бы ему найти слова убеждения, такие, чтобы она поверила ему и, конечно же, поверила в себя, в свою способность преодолеть эту ватную бесчувственность, переходящую в острую необходимость наполнить свою кровь временным химическим счастьем?

– Отвезите меня, пожалуйста, домой.

Мне надо привести себя в порядок.

Она произнесла это холодным и даже надменным тоном, словно сожалея о проявленной перед ним слабости, встала и, тихонько постукивая подушечками пальцев по скулам, как если бы она вбивала в кожу крем, направилась к выходу.

– И все равно – смерть Льдова никак не связана с моей дочерью, вы сами очень скоро в этом убедитесь…

Глава 7

Сазонов встретил Юлю улыбкой:

– Привет конкурентам! Хочешь чайку?

– Нет, спасибо, Петр Васильевич, не хочу.

У меня к вам огромная просьба. Вы, наверно, уже в курсе убийства девушки-риэлтора на Некрасова?

– Ты по ее душу пришла? А вас-то кто нанял? Ее тетушка?

– Что это вы смеетесь? У нее есть тетушка?

– Да в том-то и дело, что лично я слышу от тебя первый, что эта девушка работала в риэлторской фирме. При ней нашли документы на имя Масловой Дины Валерьевны. – Сазонов придвинул Юле лист бумаги. – Вот, полюбуйся, она была безработной, стояла на учете на бирже.

– Все правильно, – проронила Юля, доставая блокнот и вписывая туда новое имя.

– Что правильно? – нахмурил белесые густые брови Сазонов и хмыкнул. – Земцова, не молчи, а отвечай, когда тебя спрашивают старшие.

– Дело в том, Петр Васильевич, что таких агентов по недвижимости, каким была она, – я имею в виду доморощенных, которые ходят по городу, срывают объявления частных лиц о продаже или покупке квартир, чтобы потом выставить себя посредником и сорвать хороший куш, – полным полно.