Алхимику тоже приходилось принимать участие в опасных приключениях, однако он считал – и будучи Энди, и будучи Олли, что на крайние меры следует идти исключительно в крайних случаях, и очень обрадовался, услышав рассудительный ответ Помпилио:

– Мы ничего не можем с ними сделать.

– Они сдадут нас властям.

– Я знаю. – Дер Даген Тур был куда жёстче Бабарского, в этом смысле их даже сравнивать было нелепо, реши он, что дело того требует – устранил бы всех пятерых рыбаков без сомнений и колебаний. И через десять минут даже не вспомнил бы, что кроме его самого и офицеров «Амуша» на судне был кто-то ещё.

Однако сейчас он был скован некоторыми обязательствами. И резонами. – Во-первых, я дал слово, – напомнил Помпилио, заставив Бабарского слегка смутиться. – Во-вторых, местные знают шхуну, знают, кто на ней ходит, и если мы явимся в порт без спутников, обязательно возникнет вопрос: где команда? И у нас будет ещё больше неприятностей.

Не то чтобы это запрещалось, но убийство аборигенов считалось не самым лучшим началом исследования новой планеты и налаживания добрых отношений с её обитателями."

"– Согласен, мессер, – кивнул ИХ.

 – Но что будем делать? Вряд ли встреча с властями получится тёплой. Во всяком случае, сразу.

– Я возьму Мерсу и буду импровизировать, – медленно произнёс дер Даген Тур, глядя Бабарскому в глаза. – А ты – смотреть, как тут и что.

Суперкарго улыбнулся:

– Я понял, мессер.

– Справишься?

– Не в первый раз. – Разведка чужой территории считалась делом опасным и трудным, однако ИХ обожал знакомиться с новыми мирами «изнутри» и делал это блестяще. – Задача?

– Осмотреться, собрать сведения о состоянии местных дел, при необходимости оказать поддержку.

– Связь?

– Никакой связи. Ты сам поймёшь, когда нужно будет появиться. Или я тебя призову.

– Да, мессер.

– Извините… э-эээ… мне весьма неловко, но я, простите, ничего не понял. – Мерса снял очки, протёр их наконец-то высохшим платком и вернул на нос. – Извините.

Многочисленные извинения и вернувшаяся в речь «э-эээ» чётко указывали на то, что Энди сменил Олли, а значит, с алхимиком станет чуть больше проблем, чем обычно.

– Это нормально, что не понимаешь, – улыбнулся дер Даген Тур. – Ты остаёшься со мной и будешь делать то, что я скажу.

Или то, что делаю я.

– А если… извините, нас с вами разделят? Мне нужно будет молчать? Не отвечать ни на какие вопросы?

Мерса готов был молчать сколько угодно, хоть под страхом пыток, хоть под ними, но, будучи человеком точных наук, стремился прояснить ситуацию, пока это было возможно. ИХ и дер Даген Тур переглянулись, одновременно подумав, что алхимик поднял правильный вопрос, и Помпилио прищурился:

– Нам действительно стоит выработать единую легенду и придерживаться её.