А полчаса назад Маринка звонила, рассказала, что Ксюша видела, как ты с Нагицким прямо в душевой занималась се… Хм… А это правда? Этот петух тебя что… заставил?

От того, как она оскорбляла Германа, становилось неприятно.

– Нет. Ничего не было, – сухо отрезала я.

Еще один писк телефона. Вот черт! Скоро отключится. Нужно бы подзарядить.

– Так и думала, что она врет! – Светка говорила с явным облегчением. – А ведь такие небылицы всем нарассказывала…

Подруга пустилась в витиеватые описания того, о чем сейчас гудел весь театр. А я слушала, ужасаясь, насколько извращенной может быть реальность в пересказе из одних уст в другие.

И ведь с этим мне как-то надо будет дальше жить. Смогу ли я повернуть ситуацию в свою пользу?

В какой-то момент мне показалось, что я чувствую запах дыма.

– Свет, подожди, я тебе перезвоню… – я не успела договорить, как мобильник окончательно разрядился.

Отложив его в сторону, я вышла в коридор. Снизу валил густой белый дым, от которого першило в горле и щипало глаза.

– Антон? Антон! – закричала, но никто не отозвался.

Сглотнула, пытаясь отогнать тревожное предчувствие. Что могло случиться?

Закрыв лицо локтем, я сбежала на пролет ниже.

Там дыма было еще больше. Нужно срочно уходить из дома, вот только, преодолев еще несколько ступенек, я поняла, что все очень серьезно: языки пламени лизали стены коридора первого этажа, и в сторону входной двери было просто не подступиться.

«Быть может, снова через окно?» – рванула к кухне.

Но и оттуда валил дым, а на пороге лежал без сознания Антон.

В первую секунду я растерялась – глаза слезились, дышать было трудно, но, увидев, что у парня уже горит штанина, наклонилась, подхватила его подмышки и дернула на себя.

Вот гадство! Сколько этому неудавшемуся студенту лет? Он же тощий на вид, почему же такой тяжелый?!

Рывок, еще рывок. Я смогла протащить его всего сантиметров десять, не больше.

В коридорчике перед самой лестницей стоял комод, на нем ваза с цветами.

Подбежав к ней, схватила, перевернула вместе с ярко-желтыми герберами прямо на ноги Антону, туша огонь. Остатки вылила ему на лицо.

– Ну же! – я принялась что есть мочи хлестать его по лицу. – Очнись!

Собственный голос казался чужим, я все время кашляла, задыхаясь от дыма.

Нужно было уходить, спасаться самой. Может быть, позвать на помощь?

Из глаз потекли слезы. Поняв, что я его не утащу, схватила за ноги и потянула вперед по гладкому паркетному полу. Может, виной тому была лужа воды из вазы или подскочивший в крови адреналин, но парень наконец сдвинулся с места.

– Чуть-чуть… – кашляя, командовала я себе, – еще чуть-чуть…

Добравшись до лестницы, дала себе несколько секунд, чтобы оглядеться: первый этаж горел уже весь, ни к окнам, ни к дверям не пробиться. Придется подниматься выше.