Погода стояла жаркая, Игорь с отцом собрались, как обычно, в парк и прихватили тот самый набор «Лего».

Жили они тогда в этом же доме, что сейчас Игорь, но на пятом этаже, без лифта. Потихоньку спустились во двор, дошли до парка и сели на скамью под большим раскидистым деревом. Долго собирали гараж, выставляя по местам подъемники и рабочих, а потом внезапно налетела туча, и полил такой дождь, что прорывавшиеся сквозь листву капли сбивали установленных на крыше гаража человечков.

Наскоро разобрав конструкцию и скинув все в коробку, они побежали домой.

Но по дороге Игорь, неловко ступив на бордюр, подвернул ногу и завизжал от невыносимой боли в ступне.

Отец подхватил его под мышки и почти волоком дотащил сперва до дома, а затем и до квартиры – с большими паузами между этажами. Уже лежа в кровати с тугой повязкой и пузырем льда на злосчастной ноге – это оказался все-таки сильный ушиб, а не перелом или вывих, – Игорь вдруг вспомнил, что не успел положить в коробку несколько деталей крыши – они были крупнее остальных, их оставили на потом и забыли.

Он зарыдал так горько, что отец испугался и отправился в парк. Его не было очень долго, дождь уже закончился, а Игорь начал волноваться. С трудом, припадая на больную ногу, он спустился во двор и поковылял в парк. Отца он нашел на скамейке, обрадовался, прихрамывая, подошел сзади:

– Пап, ты чего?

Отец не ответил, и тогда Игорь, обойдя скамейку, увидел, что голова отца бессильно висит, а кулаки судорожно сжаты. Не понимая зачем, он принялся трясти уже начавшее остывать тело, и вдруг правая рука разжалась, и из нее на траву выпали две детальки конструктора – красная и зеленая.

Это было последнее, что запомнил Игорь из того дня. У него случился сильнейший нервный срыв, он несколько дней не разговаривал, не реагировал ни на кого, а когда пришел в себя, первое, что увидел, был взгляд матери. В нем было столько осуждения и укоризны, что у Игоря сжалось сердце. «Это я виноват, – думал он, глядя на то, как соседки помогают готовиться к похоронам. – Если бы я не вспомнил про конструктор, папа был бы жив».

Это чувство вины преследовало его с тех пор постоянно, но Игорь никогда и ни с кем не говорил об этом.

Он выбросил злосчастный конструктор, как и все остальные, что были у него, и увлекся биологией, твердо решив стать врачом и помогать тем, у кого, как и у его отца, было больное сердце. Мама спустя полгода обменяла квартиру с пятого этажа на первый, не могла находиться в старой. А вид деталек от «Лего» с тех пор вводил Игоря в состояние транса.

Точно так случилось и сегодня в детской палате.