Взять в пример его любовницу, которую мне, чисто по-женски, даже немного жаль. Он открестился от неё и выбросил на помойку с лёгким сердцем. А теперь, непонятно зачем, хочет переключиться на меня.

— Не смеши меня, — твёрдо говорю. — Мы с тобой женаты фиктивно. Для нас обоих это бремя. Я хочу воспользоваться лазейкой, оставленной твоим отцом.

— И сделать, что именно? — Артур смотрит на меня с прищуром, словно не одобряет моих слов.

— Развестись.

— Прикольно, — жестко дразнит меня он.

— Значит, ты не против? — внутри вспыхивает надежда с горьким оттенком, но я не даю себе думать, откуда в ней набирается горечь."

"— Я не просто против, Марьяна, — его голос сочится яростью. — Я в бешенстве. И не собираюсь тебя никуда отпускать.

— Это не те слова, которые должен говорить муж своей фиктивной жене, — слова царапают пересохшее горло.

— Помнишь, я говорил тебе, что не хотел, чтобы ты беременная уезжала?

— Помню, — сердце предательски подскакивает в груди.

— Спроси меня почему, Марьяна.

Артур склоняется надо мной, и я чувствую, как жар его тела обжигает мою кожу. В последний раз мы были так близко накануне того, как я забеременела Сарой. В моменты нашей близости я была самой счастливой женщиной на свете. А с наступлением беременности — самой несчастной.

— Почему? — спрашиваю я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Я с нашей первой встречи чувствовал к тебе намного больше, чем позволял себе.

Глава 20. Мамина дочка

Его слова переворачивают мой мир с ног на голову, но я до последнего не разрешаю себе в них верить.

— Это не может быть правдой, — зажмурив веки, говорю. — Но даже если это так, то ведь ты всё равно отправил нас с Сарой за тридевять земель, а сам развлекался со шлюхами.

— Я понимаю, что ты думаешь, — со скрипом признаёт он. — Но вспомни себя семь лет назад. Подумай, насколько правильными были твои решения. Разве ты, глядя назад, ни о чём не жалеешь?

Ох, ну он и завернул, чтобы выйти сухим из воды.

— Я много о чём жалею, Артур, поверь мне.

— Я тоже, Марьяна, — я чувствую горячее дыхание на своих губах. — Я тоже.

В этот момент он пытается поцеловать меня. Я тоже чувствую, как его губы скользят по моей щеке в тот момент, когда я отворачиваюсь от него.

— Что это значит? — притворно спокойно спрашивает он.

— Я тебе уже сказала, — тихо отвечаю. — Я хочу развода.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать: мои слова выбили у него почву из-под ног. Подозреваю, это первый отказ от женщины в жизни Артура. Но для меня на кону слишком много, чтобы я могла дать эмоциям победить. И неважно, как сильно мне хотелось этого поцелуя.

Решение принято, и я не собираюсь от него отступать.

Осталось только завершить ещё одно дело...