— От одной порции мороженого?

— Лето закончилось, хватит холодного.

— Тогда предлагаю сразу заварить глинтвейн. Ну, а что? Зима же близко.

— Ты чего такая резкая? — недовольно тянет папа. Конечно, неудобно, когда кто-то бессловесный вдруг обретает голос.

— Потому что это бред, — отрезаю и тяну Каринке руку. — Пойдём, будем есть мороженое.

Марат довольно улыбается. Невольно поддержала его идею, словно мы до сих пор одно целое. Он часто отбивал меня от родительских нападок. Ненавязчиво. И каждый раз я была ему благодарна. Отбивал ли, или давал родителям понять, что он в семье главный, а я, как неразумный ребёнок, обязательно сделаю всё как надо?..

— Завтра первый день, — начинает мама, когда устраиваемся в кафе. — Волнуешься?

— Нет. — Каринка постоянно смотрит на нас с Маратом. Так много надежды во взгляде! Как же за неё больно.

— Правильно, чего там бояться, — смеётся Марат. — Всего десять лет рабства, и ты свободна.

— Не пугай ребёнка, — строго говорит мама. Меня здесь как всегда нет. Если бы не Каринка с её взглядами, вообще бы забыли, что я существую.

— Ты будешь её забирать?

— А? — не сразу понимаю, что мама спрашивает меня.

— Забирать со школы ты будешь?

— У нас школа за домом. Первые несколько дней няня заберёт, потом сама будет ходить.

— А ты?..

— А я с завтрашнего дня выхожу на работу. Спасибо, что не забыли. Карин, доела? Мы пойдём, дома дел много. И у Марата ночной рейс. Да, Марат?

Впервые за день обращаюсь лично к нему. Он кивает, просит счёт. Не при Каринке на родителей всё вываливать, а так сильно хочется! Пока идём до машины, дочка трещит без умолку. Чувствует наше напряжение, конечно же чувствует. Марат не спрашивает, куда ехать: везёт домой. Весь день впереди, понятия не имею, чем его занять. Свободного времени становится неожиданно много, если не надо заботиться о том, как устроить семейный досуг и развлечь дочку с мужем. Начинает болеть голова, хочу лечь, накрыться одеялом с головой и уснуть.

— Я хочу, чтобы ты начал собирать вещи, — говорю устало, когда приезжаем домой. Каринка болтает по телефону с подружкой, её весёлый голос разносится по тишине квартиры.

— Агат, подожди. Мы так и не поговорили… Я…"

"— Хочешь всё объяснить? — вырывается горько. Захожу в спальню, он за мной. Закрывает дверь. Застываю перед кроватью. — Хочешь узнать, как я узнала? — Резко поворачиваюсь, смотрю в лживые глаза. — Я в Сочи летала. С тобой. Сюрприз хотела сделать. Сюрпри-из! — тяну и машу руками. Истерика клокочет в горле. Прижимаю ладонь ко рту. — Вот такая дура, любимый. Всё испортила. Могла бы и дальше жить и не париться.

— Мась, я…

— Заткнись. Просто заткнись. — Качаю головой, и слёзы разлетаются в стороны веером. — Не надо оправданий, не унижай меня ими. — Всхлипываю, отхожу к окну, крепко обнимаю себя руками.