Что будет, когда он узнает о том, что я скрыла от него малыша? Через мясорубку меня пропустит наживую? Или в мешках из-под мусора будут меня находить?
– Я могу работать.
– Аврор, тебе только кажется, что ты справишься. Я сам был бы рад. Мне нравится, как ты ладишь с детьми, как они к тебе тянутся, но, поверь мне, я знаю, какими жестокими они могут быть. Это сейчас ты думаешь, что сможешь абстрагироваться, а когда насмешки посыпятся со всех сторон, реакция будет иная. Зачем тебе это?
– Фотографии долго там провисели? – интересуюсь.
Внимательно вглядываюсь в лицо Виталия Семеновича.
– Мне жаль, Аврор…, – его глаза вдруг расширяются в ужасе. Тут же поднимается на ноги, обходит стол и, подойдя вплотную, кладет руку мне на плечо. – Ты бледна как смерть. Давай домой тебя отвезу, – его голос пропитан беспокойством.
Сердце колоть начинает. Не обращая внимания на собеседника, растираю ладонью грудь.
– Я ещё поработаю, – тихо произношу.
– Даже речи не идет! Поняла? Почему упираешься? Тебя водитель ждет? Или позвонить мужу твоему? У меня номер должен быть где-то.
Вспоминаю, что меня действительно должен ждать человек Марата.
До меня резко доходит, что жизнь моего малыша важнее всех этих проблем. Важнее всего.
Как я буду жить, если его потеряю из-за своего упрямства глупого. Зачем это мне?! Я так хотела быть мамой… Больше всего на свете хотела. Готова была ради своей цели и здоровьем рисковать, и мужа обманывать, а теперь что? Включаю глупую принципиальность.
– Нет, никому звонить не надо.
"Глава 15"
"Мне потребовалось всего пару дней, чтобы убедиться в правдивости слов Борисова.
Пару лет назад я, на тот момент окрыленная и воодушевленная своей любимой работой обладательница красного диплома педагогического университета, присутствовала на родительском собрании у одного из девятых классов. Одна из наиболее активных мам поведала собравшимся тяжелую историю своей жизни. Вроде стандартно: развод с мужем, отсутствие денег, большие затраты на сыновей и быт, а за душу пробрало.
Её старший сын, как раз таки девятиклассник, смышленый мальчишка, чью склонность к математике я заметила сразу. Захотелось его поддержать и подтянуть.
Марат часто мне говорил, что я излишне жалостливая, и был прав абсолютно.
Больше полугода на добровольной основе я занималась с Вадимом, так звали мальчика. Мы с ним оставались после уроков почти каждый день и по несколько часов разбирали задания повышенной сложности. Готовились к экзаменам и к олимпиадам, одну из которых он впоследствии выиграл.


















Комментарии
Добавить комментарий