У меня вырвался смешок, когда лицо и шею Бриджит залил густой румянец.

– Мне перестать называть тебя принцессой? – спросил я. – Королева не так приятно слетает с языка.

Она прищурилась:

– Только попробуй. Королевским указом я запрещаю тебе прекращать называть меня принцессой.

– Я думал, ты ненавидишь это прозвище.

Она сделала оборот, а потом снова оказалась в моих объятьях и сказала:

– Как и ты ненавидишь, когда я называю тебя мистером Ларсеном.

Ненавидел раньше. Теперь уже нет."

"– Я пошутил. – Мои губы коснулись ее лба. – Ты всегда будешь моей принцессой.

Глаза Бриджит засияли ярче.

– Мистер Ларсен, если ты заставишь меня плакать на балу в честь моей же коронации, я никогда тебя не прощу.

Моя улыбка стала шире, и я поцеловал ее, наплевав на протокол.

– К счастью, у меня впереди целая жизнь, чтобы загладить вину.

БРИДЖИТЧерез три месяца после коронации мы с Рисом вернулись в Атенбергский собор на нашу свадьбу.

Все было грандиозно и роскошно, как и ожидалось от королевской свадьбы, но я попросила Фрейю, нового секретаря по связям с общественностью, сделать прием как можно скромнее. Как королева, я не могла устроить вечеринку только для своих по дипломатическим причинам, но мы сократили список гостей с двух тысяч до двух сотен. Я считала это большой победой.

– Я завидую, – сказал Николай. – Тебе придется приветствовать всего двести человек. У меня на свадебном приеме чуть не отвалились руки.

Я рассмеялась:

– Ты выжил.

Мы стояли возле десертного стола, пока остальные гости ели, пили и танцевали. Церемония прошла безупречно, и, хотя мне нравилось наблюдать, как веселятся друзья и родственники, я считала минуты до момента, когда смогу уединиться с Рисом, который сейчас разговаривал с Кристианом и несколькими друзьями с флота.

Он не ожидал увидеть армейских товарищей, поскольку давно с ними не общался, но они все приехали. Он волновался перед встречей, но сейчас беспокойство исчезло. Рис улыбался, смеялся и выглядел совершенно умиротворенным.

– С трудом, – пошутил Николай, но потом его улыбка исчезла. – Я рад, что у вас с Рисом все получилось, – мягко добавил он. – Ты этого заслуживаешь. Когда я отрекался, я не думал… Я не хотел перекладывать на тебя такое давление. И когда я понял, что это значит… От чего тебе пришлось отказаться…

– Все нормально. – Я сжала его руку. – Ты сделал то, что следовало. Я расстроилась, когда узнала, но все обошлось, и мне нравится быть королевой… в большинстве случаев. Особенно теперь, когда Эрхолл больше не спикер.

Эрхолл потерял свое место – ему не хватило половины пункта до переизбрания. Я бы соврала, если бы сказала, что эта новость не доставила мне огромного удовольствия.

Я опасалась, что Николай расстраивается или завидует из-за отмены закона.