А затем заворачиваю тело в толстый банный халат с надписью «руками не трогать» и выхожу на кухню, где мне на плите в турке уже варит кофе Кошкина.

– Ты чудо, – посылаю ей воздушный поцелуй.

– Пять рублей, – отвечает она, а я закатываю глаза.

– Что обсуждаете? – сажусь за стол и обвожу взглядом по очереди с Леси на Полину.

– Самирова заставляет всех с утра пораньше слушать про свой невыносимый спорт, – жалуется Кошкина, наливая кофе из турки в мою кружку с надписью: «хоккеисты горят в аду».

– Может мы уже перестанем с ней дружить? – предлагаю я, и Полина тут же согласно кивает.

– Поддерживаю! – поднимает руку Люба.

– Ну и куда ты ударилась на этот раз, Лесь? – насыпая в кружку дозу сахара, спрашиваю я у Самировой.

– Никуда я не ударилась, – обиженно бурчит подруга. – Просто рассказывала, как один из «Ястребов» сотворил хет-трик в одну калитку во вчерашнем матче регулярного чемпионата континентальной хоккейной лиги…

– Так стоп! – рубит Кошкина, но я не хочу выглядеть в глазах подруг эмоциональным инвалидом, а потому отмахиваюсь от реплики лучшей подруги.

– А хет-трик это у нас что, простите? – с заинтересованным лицом выдаю я.

– Ну ты чего, Котова? – удивленно округляет глаза Самирова. – Это сразу три гола, которые забивает один и тот же игрок в одном матче.

– И кто же так невероятно отличился? – с губ срывается смешок, не имея за всей этой своей показушной заинтересованности и ни капли настоящего участия к теме разговора.

– Никто! – отрезает Люба строго.

– Бессонов, – одновременно с Кошкиной произносит Леся.

– Этот тот, кто похож на твоего бывшего, – с улыбкой на устах поясняет зачем-то Полина и невинно хлопает глазами, как будто бы не вывернула мне все внутренности только одним этим словом.

– Тай, – Люба заботливо кладет мне на плечо руку, но я тут же сбрасываю её ладонь.

– Девчонки правы, Лесь. Тема – отстой, – равнодушно произношу я и делаю глоток кофе, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, ни обжигающей языка температуры.

Только привычно в сердце, словно крутанули застрявший осколок. И перед глазами снова воскресла картинка того декабрьского предновогоднего вечера, когда я сказала мудаку по имени Сережа, что он похож на игрока хоккейной команды «Ястребы», а он улыбнулся и парировал, что все это глупости и вообще он обаяшка и лапочка.

Да, верно. Этот гад обаятельно меня облапал и ушел обратно свое дальнее плавание.

Ну и скатертью дорога! И вообще, я не в него была влюблена, а в несуществующего милого парня, которого мне сунули под нос. Ну ничего, и он однажды сотрется из моей памяти. Обязательно!

– Тай?! – из дум меня вырвал громкий окрик Кошкиной.

– Ась? – встрепенулась я.