Ведь в свете уверены — магички самые бестолковые девицы во всём мире. Да что там в мире… во всех семи мирах. Светские дамы убеждены — нужно быть полной дурой, чтобы променять балы, приёмы и походы к портнихе на зубрёжку пыльных фолиантов и отработку каких-то заклинаний. Ну и нравы, которые царят в магическом сообществе, «приличным» людям неприятны. (Впрочем, я не возьмусь утверждать, что в основе этой неприязни лежит правильность, а не зависть.)

Так вот, если бы на месте госпожи Венты оказалась другая, я бы решила, что это попытка унизить, доказать беспутной магичке, что она хуже. Но в случае Венты всё было иначе.

Её дочь тоже магическим даром обладала и даже в дурборской академии училась, поэтому никаких предрассудков. Действительно проверка, продиктованная единственным желанием — убедиться, что девушка внуку подходит.

Эта ситуация не могла не вызвать улыбки, хотя… улыбка получалась чуточку грустной. Приходилось отодвигать неуместные мысли и мечты и с удвоенным рвением погружаться в водоворот дел.

Кирстен, которому тоже поручений перепало, всё равно старался быть рядом. Он ловил в арках, на пороге кладовой, на выходе из кабинета госпожи Венты. Это были лучшие моменты предпраздничной суеты…

Стремительные, жадные поцелуи, от которых кружилась голова. Очень тесные, почти болезненные объятия. И разлуки… самые ужасные из всех возможных разлук!"

"Вон же он, всего в десятке шагов! Объясняет приглашённым рабочим, как именно закреплять магические фонарики на потолке. А я не могу подойти, потому что мы с Бетти должны выбрать из этого вороха салфеток синие с голубой монограммой. И ещё по залу госпожа Вента ходит… Старушка не препятствует, нет! Но мы же понимаем, что это проверка… И хотя обоим известно — смысла в проверке нет, через полгода наш роман кончится, провалить задание не можем. Просто не можем, и всё тут.

Зато в день середины зимы я вздохнула спокойно.

Я проснулась не на рассвете, а ближе к полудню. Блаженно потянулась, выскользнула из-под одеяла. Привычно проигнорировала домашние туфли, босиком дошла до умывальни.

Блондинка, которую отразило зеркало, была не только растрёпанной, но и невероятно счастливой. Я даже не сразу сообразила, что это я и есть.

Совершив все утренние процедуры, вернулась в спальню. Дёрнула за шнурок колокольчика, призывая Бетти, и, не дожидаясь горничной, отправилась к шкафу. Я уже знала, какое платье надену — небесно-голубое, с белыми оборками. Платье на вечер тоже было выбрано…

Горничная появилась в тот момент, когда я пыталась сотворить заклинание для застёгивания пуговиц. Не получалось. Нет, я не плакала накануне, просто здесь и сейчас сильно нервничала.

Бетти, видя мои тщетные попытки, покачала головой и улыбнулась.