Умирать и воскресать. Снова и снова.

Едва способность мыслить связно возвращалась, Кир вёл на завтрак. В малой столовой, расположенной на втором этаже, уже поджидала госпожа Вента. Наше нежелание расставаться, чтобы сесть друг напротив друга, по обе руки от хозяйки, её искренне забавляло.

Возможно, мне следовало смутиться, покраснеть или даже извиниться за свою несдержанность, но я не могла. А Кир… он, вероятнее всего, мог. Но не хотел.

После случая на дороге мой синеглазый тиран запретил все прогулки. Поэтому наши развлечения состояли из экскурсий по замку, болтовни с госпожой Вентой и… спаррингов. Последние проходили во внутреннем дворике и вгоняли начальника стражи в панику.

Мужчина с подёрнутыми сединой висками категорически отказывался понимать, что бьёмся даже не в половину, в четверть силы — ведь страховки от рикошета нет, гасящих амулетов тем более. А раз так, то замковые стены точно не пострадают, разве что чуть-чуть.

Эти бои отличались от обычных ещё и тем, что победителю надлежало целовать проигравшего. И я прекрасно понимала, почему выигрываю у Кира раза в два чаще, нежели в академии, но уличать боевика не спешила. А что? Чувствовать себя победительницей очень даже приятно!

Расплачивались друг с другом не сразу, а вечером, после ужина и обязательного чаепития в большой каминной зале. Чаепитие, разумеется, в компании госпожи Венты проходило. Старушка спрашивала об учёбе и прочих пустяках, но чаще сама историями сыпала.

Оказалось, у хозяйки замка была очень бурная молодость. И в свете она, как говорят маги, жгла! Чего только не делала — и по тайным свиданиям бегала, и подножки соперницам ставила, и даже слабительное в бокалы особо настырных ухажёров сыпала! В последнем, кстати, не после чая, а после рюмки ликёра призналась.

Мы с Киром искренне хохотали, хотя в целом ситуация, конечно, была глупой.

Так продолжалось семь дней. А на восьмой… на восьмой день начальник стражи вздохнул с облегчением и вознёс хвалу Всевышнему. Просто в замке началась подготовка ко дню середины зимы, и оставить меня в стороне от этого процесса госпожа Вента не могла.

Старушка изо всех сил притворялась, будто сама не справляется, но я тоже не вчера родилась… Я прекрасно понимала, что все эти фонарики, гирлянды, скатерти, бокалы, салфетки и прочие утомительные вещи — проверка.

Управится «возлюбленная» внука с толпой прислуги или нет? Найдёт ошибку в праздничном меню или проморгает? Сообразит проверить свежесть доставленных к столу продуктов или примет не глядя? Заметит, что доставленную к торжеству ель норовят поставить не по центру главной залы, а ближе к дальней стене? Сообразит? Увидит? Сможет?

Вообще, будь на месте госпожи Венты другая, я бы обиделась.