Второе правило — не паркуйся, как му*ак. Поставь свое чадо правильно. Машина — твое лицо. То, как она выглядит, то, как ты к ней относишься — важно.

Захожу домой. Тишина. Какая-то грустная. Я будто правда один в этом дома. Меня кинули. Смеюсь этой мысли. Потому что парадоксально. Всегда хотел этого, а осознав, стало не по себе. Но я ошибся. У лестницы большой белый сугроб — свадебное платье. Похоже на растаявшее мороженое. Мерзкое зрелище. Недалеко валялись туфли.

Поднимаюсь наверх. Открываю дверь в комнату и включаю свет.

— Черт!"

"На кровати Мила. Спит. Сложенные ладошки подложила под голову и тихо посапывает. Даже не шелохнулась. Устала. Я подхожу к ней ближе, всматриваюсь в ее лицо, мягкие женские черты. Небольшой курносый носик, аккуратный, длинные темные ресницы и губы. Они не полные, не такие, как у каждой на сегодняшний день. Бантик. Ее губы выглядят как бантик. Усмехаюсь этой мысли. А потом Мила резко распахивает глаза.

— Я попался, да? — признаюсь я, ведь отпираться глупо.

— Что ты делаешь? — ответила она будто и не спала вовсе: голос бодрый, без хрипотцы.

— Как что? Пришел за супружеским долгом. У нас вроде как брачная ночь, — решил я с ней поиграть. Мы ведь друзья? А друзья могут подстебывать, так?

— Утро, ты хотел сказать, — не испугалась. Чувствую, что передо мной неплохой соперник. Возможно, и правда не все так плохо. Будет интересно, думаю.

— Значит, утро.

Начинаю раздеваться, не отрывая от нее свой взгляд. Обвожу ее тело, что прячется под одеялом. Медленно расстегиваю пуговицы на рубашке, вынимаю ремень из петель, открываю молнию, снимаю брюки и откидываю их в сторону ногой, как нечто ненужное, лишнее. Берусь за край боксеров.

— Если это шутка такая, Глеб, то мне не смешно.

— Отчего же?

Подхожу ближе, упираясь коленями в матрас, нависаю над ней. Между нами каких-то пятнадцать сантиметров. Очень близко, слышу ее запах. Какая-то шоколадка. По-дурацки как-то. Милка пахнет шоколадкой Милкой. Надеюсь, без орехов. Терпеть их не могу.

Теперь вижу страх в ее глазах.

— Молчишь? Не люблю, когда женщина молчит в постели.

— Ну, тогда тебе точно не ко мне, — улыбнулась она своим бантиком, спрятала свой страх куда-то глубоко, но я все равно его вижу.

— Ты девственница?

— Что? — опускает глаза, не смотрит больше. Теперь все стало ясно.

Не отхожу от нее, так и нависаю сверху. Хочу, чтобы посмотрела на меня, подняла темные глаза и взглянула.

— Ладно, Милка, расслабься. Мы же просто друзья, забыла? — отступаю, все-таки нет цели сильно ее напугать. — Да, почему ты опять в моей комнате?

— Мама. Когда меня привезли в этот дом, то отвели прямо в эту комнату. И … я заснула.

— Пи*дец мамаша у тебя. А свечку она подержать не хотела? Простынь с кровью показывать надо будет? — Мила краснеет.