— Не можешь снять квартиру?

— Как раз оттуда поперли, — Алена скучающе смотрела сквозь лобовое стекло. Я заметила, как дрожит рука, держащая сигарету. Из-за этого дым неровными кольцами плыл по салону. — Так что тебе надо?

Я хотела показать фотографию Феликса, но вспомнила, что отдала ее Чернову. Как не вовремя.

— К вам сегодня заходил вампир, — напомнила я. — Невысокий, лысый и уродливый. Я хочу знать, зачем. Ответишь — получишь деньги.

Алена чуть вздернула изящную бровь и кривовато улыбнулась. Она смотрела куда-то далеко, в конец переулка. Только подрагивающий уголок губ выдавал эмоции, она скрывала то ли усмешку, то ли нервный тик.

— Зачем он тебе? — спросила она.

— Военная тайна. Я по лицу вижу, ты что-то знаешь, — я открыла кошелек и добавила еще немного к предлагаемой сумме. — Вот, так лучше? Ты ведь узнала его, правильно? Зачем он приходил?

Алена вдруг разозлилась и схватилась за ручку двери.

— Да пошла ты! Засунь свои деньги, знаешь куда!

Я перехватила ее руку и сжала пальцы.

— Стой! Я городской охотник. Ты должна остаться.

— Ты? Городской охотник? — на ее лице отразился нешуточный страх. — Чего тебе надо?

Перемена была такой мгновенной, что я замешкалась.

Когда это я успела прослыть чудовищем? Никаких ужасов за собой не помню… Может, она беспокоится не за себя?

— Он приходил к тебе? — заподозрила я. — И что он хотел?

Алена справилась с собой и рывком высвободила руку. Я думала, она выскочит из машины, но охотница сидела, съежившись в комок. Постепенно страх проходил, и она стала уверенной: выпрямилась на сиденье, одернула помятую блузку.

Алена сунула в рот еще одну сигарету и долго прикуривала. Я ее не торопила. Уголек ярко вспыхивал в темноте.

— Ну что могут хотеть вампиры? — вздохнула она.

— Продаешь ему кровь? С каких пор скупщик лично договаривается с каждым донором?

— Я особенная, — усмехнулась она. — Думаешь, я тебе что-то скажу? Ни черта я не скажу.

— Ты его боишься?

— До колик. Я себе не враг. Так зачем он тебе?

— Расскажи, что о нем знаешь.

— Мало. Я его просто кормлю. Говорит, у меня кровь вкусная.

— Была у него дома?

Она упрямо покачала головой. Понимать можно было по-разному.

— Только в одной комнате. В гостиной. Он не любит приводить к себе, — Алена хихикнула.

 — Я же не Светка, не могу с книжкой полночи сидеть, пока ему не приспичит. Я для него слишком активный кусок мяса.

— Светка — это кто?

— Ты ее сегодня видела в баре, она ко мне приходила.

— Твоя подруга?

— Лучшая, — произнесла она таким тоном, словно любимая подруга приходилась ей подколодной змеей. — Обычно она его кормит, а я ее подменяю, если она, ну… болеет.

— То есть, если ей хреново с прошлой кормежки, и она не успевает восстановиться? — прямо спросила я.

— Ну да. Только я нужна для другого.