Я смотрела на проспект и чувствовала себя виноватой, в тишине мы сидели благодаря моей твердолобости, но я не знала, как исправить ситуацию. Образ жизни сделал меня подозрительной — я не верила ему.

— Все-таки, зачем ты приехал?

— Я же сказал. Ты мне не веришь?

Я ответила долгим мрачным взглядом.

— Честное слово, у меня нет скрытых мотивов. Я понимаю, почему ты не веришь. Со временем это пройдет, надеюсь.

Еще была надежда, что Влад говорит правду. Он был другим — не из круга Эмиля, даже не из этого города. Я самой себе создавала препятствия. Но…

— Если ты собираешься встречаться со мной, чтобы подобраться к Эмилю, у тебя ничего не выйдет, — предупредила я.

Влад усмехнулся:

— Почему? — Влад усмехнулся. — Ты его любишь?

— Нет, я люблю себя и терпеть не могу, когда меня используют.

— Договорились, — легко согласился он. — Я не использую тебя, а ты о нем больше не вспоминаешь. Я его не знаю, и не хочу знать.

Я улыбнулась и решила, что этого он вполне заслуживает. А потом выразительно посмотрела на часы.

— Еще не поздно, — заметил Влад. — Куда-то торопишься?

— Я устала. И нога болит, — приврала я для правдоподобия.

Влад не стал спорить.

— Я тебя отвезу.

Если бы не планы на завтра, я бы осталась, но, если просплю, придется ждать целую неделю. Становлюсь пунктуальной? Точно нахваталась от Эмиля больше, чем надо.

На улице уже горели придорожные фонари. Вечером стало прохладно, и я застегнула плащ до горла, немного посомневавшись. Плащ короткий, но у меня наплечная кобура и пистолет под мышкой. Высоко задирать придется.

Покосившись на Влада, я решила, что немедленно на меня никто не набросится, но мысль о недоступности пистолета водила по сердцу холодным скальпелем.

После наступления темноты у меня всегда так.

— Мне здесь понравилось, — сказала я.

— Правда? — добродушно хмыкнул Влад. — Мне так не показалось.

Надо же, какая проницательность.

Я села в машину и смотрела, как он выезжает с тесной парковки. Сама люблю большие машины, так что не стала ехидничать над тем, как Влад с филигранной осторожностью выруливает между бордюром и соседним бампером. С третьего захода мы очутились на свободе и покатили к дому.

Проспект был красив. Я люблю вид ночного города: смесь из городских огней и разноцветных вывесок.

Мы проезжали мимо магазина одежды и подсвеченные манекены в витринах выглядели, как восставшие мертвецы — бледные, восковые, застывшие в нелепых позах.

До моего поворота мы добрались быстро. Джип въехал в подворотню, стены усилили и отразили рев движка. Второй вечер возвращаюсь на разных машинах с вампирами. Что соседи подумают?

Влад остановился перед подъездом и заглушил машину. Пришло время прощаться, но я не знала как. Вроде, нужно что-то больше, чем банальное «пока», но я не знала, что.