Не сомневайтесь — наша семья честно служила их величествам на протяжении не одной сотни лет. И колдун в подвалах был! И мои предки каждый раз, когда в королевской семье случались свадьбы, спускались сюда с драгоценностями, рискуя жизнью. Никто, кроме них, не согласился бы пойти на встречу с колдуном. Всё так и было — до тех пор, пока мой прапрапрадед однажды, как обычно принеся колдуну шкатулку с откупом, не обнаружил, что того в подвалах нет. Сначала он звал его, потом принялся обходить коридор за коридором. Наконец, он нашел его в одном из помещений. Вернее, нашел то, что от него осталось.

Судя по всему, колдун умер за несколько лет до того дня. Никаких чудовищ мой предок здесь не увидел. Наверно, все они исчезли со смертью колдуна. Тогда же он обнаружил и потайной ход.

Я уже догадался, что случилось потом. И Дюбуа подтвердил мои догадки.

— У него в руках была шкатулка с драгоценными камнями на несколько десятков тысяч гульденов. Он не сумел устоять и решил пойти на небольшой обман.

— Небольшой? — хмыкнул я.

Но Дюбуа снова кивнул:

— Да, ваше высочество! Именно так! Он вовсе не собирался никого обманывать так долго.

Он решил оставить шкатулку у себя. А потом, когда состоялась бы следующая королевская свадьба, он снова спустился бы в подвал и уже тогда объявил бы о смерти колдуна.

— И что же помешало ему поступить подобным образом? — полюбопытствовал Робер.

— Он крупно проигрался в карты и посчитал возможным поправить свое материальное положение еще раз. А перед смертью он всё рассказал своему сыну, к которому уже перешла от него должность начальника королевской службы безопасности.

— И тот тоже не устоял перед искушением?

— Да, ваше высочество! Но он понимал, что рано или поздно найдется кто-то, кто захочет пробраться в подвалы, чтобы попытаться поговорить с колдуном или сразиться с ним.

И чтобы внушить страх всякому, кто осмелится туда войти, он придумал держать там диких зверей. За прошедшие годы тут побывали и волки, и медведи. Он, а потом и его дети и внуки покупали их у бродячих торговцев маленькими и приучали к себе.

Я чувствовал злость. И злился я не только на Дюбуа, но и на себя самого. Я давно уже мог бы раскрыть эту тайну. Или мой отец.

Или мой дед.

— Но неужели в нескольких поколениях ваших предков не сыскалось ни одного честного человека, который захотел бы положить конец этому обману?

— Это невозможно было сделать, ваше высочество, не бросив тень на всех Дюбуа. Всякий, кто посмотрел бы на останки колдуна в подвале, понял бы, что умер он давным-давно. А прикоснуться к ним и вынести их из подвала никто из нас не решился — перед смертью колдун нарисовал вокруг себя круг, который начинал мерцать, стоило только приблизиться к нему.