Тяну руки, но тут прилетает условие:

- Чтобы получить ее я сдал все свои самые важные и дорогие вещи в ломбард, давай так, я отдаю побрякушки, а ты выкупаешь мои, - произносит с довольной рожей, которую видеть не могу даже физически.

Ничтожество.

Ничтожество.

Ничтожество.

Даже сейчас, глядя на свою беременную жену он пытается торговаться. Растоптав меня, унизив, бросив, предав. И вот это существо просит у меня шанс?

Знаете, чего хочу? Влепить себе пощечину. Да. Не мужу, СЕБЕ.

Что же, ты, Ксюша, сотворила со своей жизнью и за кем ты была замужем?

Кому верила?

Розовые очки разбились стеклами в глаза...

- Сколько? – устало спрашиваю.

Уже который раз замечаю, что мой дико влюбленный муж даже не спрашивает как я, как наш ребенок и вообще хоть что-то. Он и не пытается притвориться заботливым или сыграть хотя бы фальшивое волнение.

Все больше понимаю, что малыша хотела только я. Грезила, сходила с ума, а Ивану было плевать. Ну не может человек, который мечтает о ребенке по-настоящему годами, вот так относится к нему.

- Ты согласна? Ксень, еще нам нужно будет выплатить кредит по фирме. Не переживай, он не очень большой.

Все. Меня кроет. Снова нервы, снова трясет. Этот недочеловек не даст мне выносить ребенка, просто чувствую это. Не знаю почему, захожу в сообщения и просто пишу Егору:

«Он тут, приедешь?»

Да. Именно так. Между нами нет вообще ничего, но я решаюсь на этот шаг. Пусть выглядит ужасно и фривольно, учитывая, что я всего лишь обычная сотрудница, но меня начинает колотить и я не могу уже слышать все дерьмо, что несет Иван. Мозг импульсом подает сигнал – Егор поможет, и я ему доверяю.

- Ты меня вообще любил? – смотрю на мужа и чувствую, как подкатывают слезы. Мне противно, что они возникают, ведь Иван не стоит ни грамма моей соленой воды.

- Ты о чем? – смотрит непонимающе. – Что-то ты похудела, обычно беременные толстеют, где жирок? – произносит веселясь.

Ну да, жирок. Я не могу ни есть, ни спать, ни жить…

Благодаря такому прекрасному мужу.

Хочется многое сказать Ивану, только зачем?

Почему-то вспоминаю маму, как она с любовью гладила мои волосы, как нежно обнимала, какой была красивой и прекрасной, как они с папой были влюблены и понимаю, что вот это дерьмо напротив ни на грамм не похож на того, с кем можно строить настоящую семью, и никогда не дал бы моему ребенку детства, которое я имела пусть вспышкой, но с любящими друг друга родителями.

- Я ничего не буду платить, отдай мне шкатулку, - держу себя в руках, не потому что жалею Ивана, просто люблю своего ребенка.

- Так не получится, Кукуся, ты что меня решила развести?

Меня снова мутит, и я еле успеваю в санузел. Пока выворачивает, отдаленно слышу:

- Перестань уже, сериалов обсмотрелась? Не стоит манипуляций.