– Ладно, и о чем же ты разговаривал с Лэндоном?

– О тебе, конечно.

– И что же вы такое обсуждали? – спрашиваю я.

– Ну, все. Я знаю, что тебе не хочется оставаться здесь. – Он переводит взгляд на меня.

– Если бы не хотела, меня бы здесь не было.

– Тебе некуда идти, ведь тогда бы ты уже ушла, я это знаю.

– И почему же ты так уверен? Прошлой ночью мы даже спали в одной кровати.

– Верно, и ты прекрасно знаешь почему – из-за моего кошмара, иначе бы ты не согласилась. Только по этой причине ты пустила меня в постель и только по этой причине сейчас разговариваешь со мной.

Потому что тебе меня жаль. – Его руки трясутся, а глаза пронзают меня. За их зеленым светом я вижу стыд.

– Не важно, почему это случилось, – говорю я, качая головой.

Не понимаю, что заставляет его всегда делать такие поспешные выводы. Почему ему так трудно принять тот факт, что его любят?

– Тебе жаль бедненького Хардина – его мучают кошмары, и он не может спать в гребаной кровати один! – Он кричит так громко, что я тоже не могу оставаться спокойной.

– Хватить орать! Твоя мама – в соседней комнате! – кричу я в ответ.

– Так вот чем вы двое занимались весь день… обсуждали меня? Мне не нужная твоя сраная жалость, Тесс.

– Господи, Хардин! Как же ты меня раздражаешь! Мы не обсуждали тебя – не в этом смысле. И, кстати говоря, я тебя не жалею, я все равно хотела, чтобы ты спал рядом со мной, даже если бы у тебя не было кошмаров, – говорю я, скрестив руки на груди.

– Ну конечно! – рявкает он.

– Дело не в том, что чувствую я, а в том, каковы твои чувства. Если кто и должен перестать жалеть тебя, то это ты сам, – так же резко отвечаю я.

– Я себя не жалею.

– Видимо, жалеешь. Ты только что устроил скандал со мной на пустом месте. Мы должны двигаться вперед, а не назад.

– Двигаться вперед? – Он ловит мой взгляд.

– Да… то есть во‑возможно, – запинаюсь я.

– Возможно? – Он улыбается.

И вдруг становится таким счастливым – как малыш, получивший кучу подарков на Рождество. Только что он ругался со мной, и его щеки пылали от злости. Странно, но я чувствую, что и мой гнев тоже исчез. Меня пугает, что мои эмоции так зависят от его поведения.

– Ты просто ненормальный, серьезно, – говорю ему я.

В ответ – убийственно очаровательная улыбка.

– Классная стрижка.

– Тебе пора уже пить успокоительные, – дразню я, и он смеется.

– С этим уже не поспоришь, – отвечает он.

И я не могу не рассмеяться в ответ… Может, потому что я такая же ненормальная, как и он.

Глава 31

ТессаНаш разговор прерывает мой телефон: он вибрирует, подпрыгивая на комоде. Хардин берет его, смотрит на экран и говорит:

– Это Лэндон.

Протягивает трубку мне, и я отвечаю:

– Привет.

– Привет, Тесса, – говорит Лэндон.