А теперь ещё придётся усиливать её воздействие на него…

Но на другой чаше весов – шанс ударить по Неспящим. Возможно даже уничтожить эту заразу, этих тварей, убивающих ради удовольствия, наслаждающихся муками живых существ, возводящих своё проклятие в абсолют.

Тварей, из-за которых Санаду когда-то лишился надежды на счастье. Лишился доверия архивампиров. Лишился покоя.

Это возможность поставить точку. Впервые за сотни лет.

– И тогда при личной встрече с Марой связь не усилится? – уточняет Санаду. – Мара не будет чувствовать мою ложь?

Опять Вааразариз бросает на него проникновенный взгляд:

– Если обойдётесь без употребления крови друг друга – не должна.

– Это точно или предположение?

– Относительно точное предположение. Я лично такими глупостями не занимался. Но большинство пытавшихся связаться не доводили связь до конца. Всё же это… навсегда, – у Вааразариза нервно дёргается уголок губ. – Вот и ты надеешься эту связь оборвать.

На Санаду снова накатывает холод – всепроникающий, разрушительный. Мара… С ней он поверил, что его одиночество скоро закончится. И тем горше разочарование. Он даже понимает, почему архивампиры скрывают информацию о возможности такой связи, а не дошедшие до финала предпочли молчать и не бередить рану.

– Я ошибся с выбором, – тихо произносит Санаду. – Такое бывает.

– Эх! – вздыхает Вааразариз и наклоняется, вытаскивает с нижней полки столика ещё один кубок и бутылку драконьего огненного. – После таких разговоров лучше выпить.

«А ещё лучше напоить собеседника, чтобы выведать побольше его секретов в момент душевной слабости и развязанности языка», – мысленно добавляет Санаду, но кубок принимает.

Не потому, что ему до одури тоскливо.

Не потому, что хочет заглушить эти эмоции выпивкой.

И даже не для того, чтобы набраться смелости и написать что-нибудь Маре. Нечто короткое, неуверенное, не способное стать уликой против него, но достаточное для стимуляции её попыток встретиться и заполучить информацию о могиле Нергала.

А потому, что Санаду тоже не прочь попробовать развязать язык Вааразаризу. Ведь подобные случаи возникают крайне редко.

Эпилог

Громкий, просто чудовищный всхрап обрушивается на спальню.

Вздохнув, я переворачиваюсь на другой бок.

Но гигантская белка на неизвестно откуда и каким образом притащенной сюда кровати заводит очередную руладу.

Похоже, это существо всегда храпит, что трезвое, что не очень. Или на него кофе так действует?

Выведя тонюсенькую подготовительную руладу, иномирная сущность всхрапывает. А я почти жалею, что стала это существо утешать, гладить и обещать подружиться. Я же не знала, что это закончится заселением в мою спальню и концертом форменного храпа!

«Добро наказуемо», – устало думаю я и сажусь на постели.