— Девяносто семь! Арк, сделай что-нибудь! — нагнетала Сайна, почему-то решив, что я могу по щелчку пальцев сделать что угодно.

Правда, обычно именно так и получалось по итогу, так что у неё есть все основания так полагать.

Совиная мудрость рассматривала сейчас десятки вариантов. Попробовать самому запустить ассимиляцию города дендро-некротической цепью, но я даже не представляю, как вообще поворачивается такой фокус. Создание крохотных растений-очистителей? Растительные фильтры?

Можно потянуться отсюда к Тумору и его Древу. Потенциально я могу поднять очень много маны. Сила гигантского древа может повлиять на исход этого всего. Но об этом нужно было думать раньше. А раньше мне бы не дали архитопы, приняв меня самого за безумного злодея.

Астрал и Изнанка? У меня была способность с переходом, плюс убежище. У него — функция единства во всех измерениях. Туда не заползёт без моего ведома никакая дрянь. Убежище — это как мир Тии, где она бог, только в реальном мире и с чуть большим количеством ограничений.

Если есть какие-то невидимые сущности или вроде того, убежище их проявит.

Эстель вскрикнула и упала на колени. Из ушей шла кровь. За ней упал без сознания Фирал.

— Девяносто семь! — воскликнула Сайна со слезами. — Я была счастлива вас…"

"— Заткнись! Мы даже не знаем точно, что будет потом. Может, обычный выживач с тварями! — бросил я, просто чтобы хоть немного её успокоить. А затем отдал единственный возможный приказ.

Не будем доводить до последней секунды, как в глупых фильмах.

— Белая, твоя способность сможет выиграть нам время?

— Да, — сказала бледная как мел девушка.

— Тогда приступай! — сказал я, а сам потянулся сознанием к далёкому отсюда Тумору и растительному лифту. Нет, я всё ещё понятия не имел, что делать. Но лучше делать хоть что-то, чем принимать неизвестность с голой задницей.

Тия поднялась к первой проходчице, крепко обхватив двумя руками и придерживая за затылок третьей. В глазах шаманки мелькнуло сознание, а на губах появилась хитрая улыбка.

— Прими хаос, — шепнула она, страстно целуя растерянную девушку.

Тело Белой вздрогнуло. Девушка попыталась вырваться, но сзади её обхватила Дина. И в этот момент в неё хлынул поток ярко горящих янтарём мотыльков, забираясь под одежду, и затем — под кожу.

Вспышка янтарного света на миг осветила башню. На шее у Тии загорелся янтарём её шрам Далахан, намекая на то, что и эта сила на время перешла к Белой. Свечение стало усиливаться, и перетекать к первой проходчице, впитываясь в тело.

Казалось, тело первой проходчицы разорвёт от напирающей силы. Тия ещё крепче прижала её к себе.

Наконец, Белая потеряла всякую волю к сопротивлению и безвольно держалась лишь благодаря призрачной длани и Дине.