Как дочь виконта, она наверняка привыкла к визитам высокопоставленных посетителей, хотя графы вряд ли были частыми гостями в этом доме, учитывая, что ее муж стал баронетом совсем недавно.

– Мне нужно видеть вашего супруга, – пояснил граф.

– Боюсь, сейчас его нет дома, – с сожалением сказала женщина. – Могу ли я помочь вам? Странно, что муж не упоминал о знакомстве с вами.

– Мы не были официально представлены друг другу, – объяснил Дэниел.

У него не было причин лгать. К тому же Чевил сказал бы то же самое, вернувшись домой и узнав от жены о визите графа Уинстеда.

– О, мне очень жаль, – сказала леди Чевил, хотя ей не за что было извиняться. Судя по всему, она была из тех дам, что извиняются всякий раз, когда попросту не знают, что сказать. – Я могу вам чем-то помочь? О, простите, кажется, я уже спрашивала об этом. – Она указала на диван. – Не желаете ли присесть? Я немедленно прикажу подать чай.

– Нет, благодарю, – отказался граф.

Ему стоило большого труда держаться в рамках вежливости, хотя он прекрасно понимал, что эта женщина совершенно не виновата в том, что случилось с Энн. Скорее всего, она даже никогда о ней не слышала.

Дэниел откашлялся.

– Вы не знаете, когда вернется ваш супруг?

– Думаю, довольно скоро. Не хотите подождать?

Уинстеду не хотелось, но выбора не было, поэтому он поблагодарил хозяйку и опустился на диван. Подали чай. Завязалась светская беседа, прерываемая долгими паузами и многозначительными взглядами на часы. Дэниел старался отвлекать себя мыслями об Энн: интересно, чем она занимается в этот самый момент?

Пока он пил чай в доме баронета, Энн примеряла платья, одолженные Гонорией, пока нетерпеливо постукивал пальцами по колену, Энн обедала с его матерью, которая, к его гордости и облегчению, даже бровью не повела после известия, что ее сын собирается жениться на мисс Уинтер. И, кстати говоря, она останется в их доме в качестве гостьи, поскольку больше не может работать гувернанткой у Плейнсуортов.

– Лорд Уинстед?

Дэниел вскинул голову. Леди Чевил смотрела на него, явно ожидая ответа на какой-то вопрос, которого он не услышал. К счастью, она была из тех леди, что впитывают благородные манеры с молоком матери, и потому не обратила внимания на промах графа и вместо этого произнесла (возможно даже, не первый раз):

– Должно быть, вы очень взволнованы предстоящей свадьбой вашей сестры.

Когда же он непонимающе взглянул на нее, она добавила:

– Я прочитала об этом в газете, к тому же посетила чудесный музыкальный вечер вашей семьи, когда приехала на свой дебютный сезон.

Значило ли это, что леди Чевил больше не получала приглашений? Граф очень на это надеялся.