Редакция оказалась на втором этаже, на первом вход в типографию. Лестница металлическая, гулкая, окрашена в серый цвет. Да, теперь так не строят, все же поприличней все стало.

В офисе столы в большой комнате, работает человека три. Ну и кто-то в разбеге, наверное. Офис редактора опять же классика американского офисостроения, отгороженный стеклянной перегородкой угол, за стеклом жалюзи. Сейчас открыты, так что Майка увидел издалека, тот что-то сосредоточенно читал с листа бумаги, держа в руке красный маркер.

– Добрый вечер, – заглянул я к нему. – Вовремя или помешал?

– Заходите, садитесь, – пригласил он. – Могу предложить минералки со льдом.

– Нет, спасибо. – Я опустился в простое, обитое какой-то дерюгой, но очень удобное кресло. Надо бы заодно уточнить, где такие для офиса закупить можно.

– Значит, так, – сказал Майк, откладывая бумагу и глядя на меня сквозь толстые очки, – я без согласования с полицией ничего публиковать не буду. У меня с ними вообще такое соглашение. Так что можете все вываливать смело. Когда закончим, я снова позвоню Беляевой. Снова – это значит, что я уже с ней поговорил кратко. И тогда смогу точней объяснить ситуацию. Договорились?

– Договорились, – кивнул я, открывая «курьерку». – Тогда с самого начала, с момента перехода сюда. С этого все и началось, собственно говоря, я тогда встретил Дэйвида Миллбэнда в первый раз.

С велосипедом я сегодня обломался, пришлось звонить Аните и извиняться, потому что разговор затянулся на два часа, полиция и то меньше подробностей выспрашивала. Рассказал опять же не все, разве что сцену «уговоров» Миллбэнда расширил, сказал, что пугал оружием и все такое, даже в саванну вывез, потому что Майк сказал, что наша беседа защищается законом об источниках информации и он никому не обязан передавать ее содержание без моего согласия, а его не могут заставить.

Майк заинтересовался сильно, даже очень сильно.

– Тема коррупции и внутренней преступности в орденских структурах иногда всплывает, но они стараются заметать все под ковер, – объяснил он. – Но при этом что-то случается достаточно часто. А уж если сотрудники влезают в ограбления с убийствами, то это уже серьезно. И может стать для кого-то «тачдауном», а для кого-то проигранным матчем.

– Для кого?"

"– Орден – структура не то чтобы вертикальная, это не тамплиеры, – усмехнулся он. – Я до сих пор не могу понять почему они назвали его именно так, а не, например, Фонд. Даже Группа Фондов. По факту это большой и несколько аморфный холдинг с интересами в том мире и в этом. Который рассматривает этот мир как актив, который следует развивать, раз уж ты им владеешь. Но разные группы инвесторов видят пути развития по-разному. И каждая группа пытается строить структуры управления в этом мире под себя.