Потому что если допустить хотя бы мысль о том, что будет не так — впору разворачиваться и прятаться в комнате и покорно ждать, пока всё решат за меня.

А я так не хочу.

Был бы другой способ — выбрала бы его. Но ничего другого я не придумала.

Замираю на миг перед дверью обеденного зала, затем уверенно вхожу в него.

Жакар наполняет бокал Райгона и о чём-то с ним негромко переговаривается. В углу тихо играет полифон — музыкальный артефакт в виде пузатой вазы бледно-жёлтого цвета размером с два ведра, поставленных друг на друга.

Полифон не заменит целый оркестр, да и число композиций в нём ограничено, но для того, чтобы скоротать ужин — сойдёт.

В обеденном зале пахнет тушёной рыбой и маринованной капустой. Я так сильно волнуюсь, что даже от запаха пищи меня слегка подташнивает.

При виде меня мужчины замолкают. Челюсть дворецкого падает вниз, глаза расширяются в крайнем изумлении.

Взгляд Райгона темнеет, глаза, наоборот, опасно сужаются. Вижу, как зло играют его желваки. Обычная реакция дракона на меня, ничего нового.

— Выйди, — бросает едва слышно Жакару.

Дворецкий несколько раз кивает и спешит испариться.

Едва не сталкиваемся с ним — я спешу наперерез ему к полифону. Прибавить звука и выбрать мелодию побыстрее. Добавляю громкости, возвращаюсь в центр зала.

Встаю спиной. Если Райгон рассмеётся сейчас или как-то ещё меня унизит, я не переживу.

Я отдаю себе отчёт, что то, что собираюсь сделать сейчас — это полное моральное падение. Но если дело выгорит, я как-нибудь это переживу. А вот если нет… Даже думать об этом не хочу.

И не думаю. Сосредотачиваюсь на музыке, плавных жестах. Растворяюсь в танце и соблазняющих смелых движениях бёдрами, руками, грудью.

Моя учительница танцев научила меня не только вальсу и менуэту. Тайком от старого лорда мы разучили несколько запрещённых в приличном обществе танцев. Тех, что исполняются за закрытыми дверьми спальни для супруга.

Мне это умение пригодилось раньше.

Кружусь в смелом танце.

Райгон не двигается со своего места за столом.

Не смотрю на него. Боюсь предугадывать его реакцию.

Одновременно с завершением мелодии делаю финальный поворот и опускаюсь вниз на каменный пол у его ног.

Моя голова опущена вниз. Грудь поднимается и опускается — пытаюсь восстановить сбившееся от волнения и танца дыхание. Подушечки пальцев скребут по шероховатому холодному тёмно-серому камню.

Перед глазами мелькают чёрные носки начищенных сапог Райгона, в которых я бы могла разглядеть своё отражение, если бы наклонилась чуть ниже.

Спокойно, Аурэлия. Всё это временно. Скоро всё закончится. Это просто роль, которую нужно сыграть. Помни о главной цели. Цель оправдывает средства. Любые.

Замираю, когда сапоги дракона приходят в движение перед моими глазами.