Даже в изгнании! Я уверена, она оставила меня в Вулфборне только из-за моего отца. Она непременно возьмет меня обратно.

— Не знаю, по какой причине, но вы не дали моему сыну наследника. И теперь он мертв. Мне нужен наследник для Вулфборна. Я все еще достаточно молод, чтобы зачать ребенка. Боюсь, у королевы не найдется для вас места. Вам нужен муж, а мне — жена.

— Церковь никогда не одобрит этого союза! — упрямо повторила Аликс.

— Церковь всегда можно убедить, Аликс. — Барон слегка улыбнулся и потер большой палец об указательный. — Вы выросли при дворе и, конечно, это понимаете.

При некоторых обстоятельствах возможно все. К весне я получу разрешение, и вы станете моей женой. А до тех пор я буду уважать вас как вдову моего сына и хозяйку Вулфборна.

Она не успела возразить, потому что в зал поспешно вошел отец Питер.

— Я слышал, о смерти молодого Хейла, милорд, но до моих ушей дошли две различные истории.

— Мой сын упал из чердачного окна такая трагедия, добрый отец, — грустно вздохнул барон.

— Ужасная трагедия, милорд. Я, конечно, похороню его завтра, — пообещал священник.

— В полдень люди Вулфборна отдадут последний долг наследнику, — сообщила Аликс.

— Конечно, леди, а вам я приношу свои соболезнования.

Все следующее утро, пока люди шли попрощаться с покойным, Аликс просидела в зале вместе со свекром. Одета она была в лучшее платье — все то же, из фиолетового шелка, в котором венчалась семь месяцев назад.

Селяне проходили мимо тела, но никто, как заметила Аликс, не проронил и слезинки. Очевидно, Хейла не любили, несмотря на его преданность Мейде. А вот его отец — другое дело. Его они жалели, о нем лили слезы.

Аликс никогда не обращала на свекра особого внимания, но сейчас украдкой рассматривала его.

Он был выше и массивнее сына. Но если Хейл мог похвастаться светлой, почти белой, копной волос, сэр Удолф почти облысел. И если голубые глаза ее мужа были абсолютно бесстрастны, во взгляде сэра Удолфа полыхали сменяющие друг друга эмоции. Аликс считала его хорошим человеком, но ей становилось дурно при одной мысли о замужестве. Он ей в отцы годится, и хотя она знала многих молодых женщин, чьи мужья были гораздо старше их, но представить не могла, что будет делать, когда он придет к ней ночью. Об этом даже думать невозможно!

В полдень пришли шестеро слуг, чтобы отнести ее мужа в маленькую деревенскую церковь. Аликс поднялась, взяла иглу с ниткой, поданные Бэб, и, натянув саван на голову Хейла, сделала несколько последних стежков.

Потом тело наследника положили на телегу и провезли через всю деревню к церкви, где отец Питер провел заупокойную мессу. Затем усопшего вновь положили на телегу и повезли на кладбище.

— Это неосвященная земля, — заметил священник, увидев могилу Хейла.