Вот и настал черед вершить жуткое и кровавое правосудие.

— Была бы ты девочкой, — глухо шепчет Марат, опаляет жарким дыханием горло, губами по шее проводит, пульс в капкан ловит.

— Ч-что? — голос срывается. — Ты о чем?

Молчит. Отстраняется, укладывается рядом, опираясь на согнутую в локте руку, пряди моих волос перебирает.

— Марат, — выдаю неожиданно хрипло. — Я не… не понимаю. Объясни, пожалуйста, о чем ты говоришь.

— Кто станет сражаться за порченный плод? — спрашивает холодно.

Но это не вопрос. Это утверждение. Вердикт, который не подлежит обжалованию. Твердое намерение.

Грядущий приговор.

Все кончено.

Я досталась ему порченной. Порочной. Испорченной. Запятнанной другими мужчинами. Пусть даже весь мой сексуальный опыт был получен именно в серьезных отношениях с моими парнями, это ничего не меняет. Я не девственница. Я не «чистая» девушка. В его представлении, по его безумным меркам. Я грязная шлюха. Падшая и пропащая. Я смела сосать член другим мужчинам. Я ложилась под других. Вот в чем моя вина.

А будь я… «чистой»? Я бы жила? Он бы боролся тогда? Послал отца к черту? Послал бы своих братьев и чокнутую родню? Бросил бы им вызов? Рисковал?

— Выходит, я не достойна, — закусываю губу до крови, сама того не замечаю, просто вкус крови ощущаю и еще сильнее завожусь.

 — Не достойна твоей борьбы?

Олег ранил меня куда меньше. Те идиотские обвинения в том, как мало я сопротивлялась и как легко и быстро сдалась мужику, который раза в три больше и скрутит кого угодно без лишних вопросов, звучали чересчур абсурдно. Шокировали, унижали, оскорбляли, но не рвали душу как куски, не раздирали в клочья.

А тут… я не девственница. Могла бы выжить, будь невинной и непорочной.

Могла бы получить шанс, сохранив тело для единственного достойного мужчины. Могла бы. Но теперь ничего не поменять."

"Проклятье. Как он смеет? После всего, что сделал со мной.

Марат отобрал у меня все. Сам. Лично. Отнял все остатки моей невинности. Обратил в настоящую шлюху. Заклеймил как животное. Как свою собственность.

И жалеет, что я не девственница? Что не дождалась его?!

— А ты где был? — бросаю яростно. — Почему раньше меня не нашел? Почему же не забрал свое? Кого ты трахал? Все это время. До меня. Более достойных? Невинных? Или никого не испортил?

Я отвешиваю ему звонкую пощечину.

И еще. И еще. Я совершенно не задумываюсь о последствиях, полностью отдаюсь инстинктам, выпускаю гнев на волю. Усугубляю и без того тяжелое положение.

Марат ловит обе мои ладони. По очереди. Сперва одну к своей горящей щеке прижимает, потом другую. Освободиться не позволяет. Жаром опаляет. Держит крепко, не разрешает даже шевельнуться. А после на спину толкает. Мягко. И сверху опять нависает.

— Ревнуешь? — хмыкает.

— Чтоб ты сдох! — выплевываю ему в лицо.