– Мам, – повернулась Ралиса в сторону демоницы, – мы что, не дождемся отца и брата?

– Думаю, – спокойно ответила ей мать, – они нам простят сегодняшний вечер в силу сложившихся обстоятельств.

После чего женщина обвела рукой всех тех, кто сейчас сидел за столом.

– Ты так не думаешь?

Ралиса слегка нахмурилась, но потом вполне рассудительно ответила:

– Ты права, обстоятельства слегка изменились.

И практически сразу, без какого-либо перехода, она резко и несколько дерганно обернулась в сторону тихонько сидящей по левую руку от меня Нрии, которая старалась казаться как можно менее заметной, и спросила у нее:

– Так какого ты тут потеряла? Это не ваши миры.

Чего-то я, похоже, не понимаю. Я поднял свой вопросительный взгляд на Гару. Та же улыбнулась, а потом ответила:

– Сама я не имела возможности познакомиться с Нрией в свое время, но очень многое слышала о ней. – И, улыбнувшись еще шире, она закончила: – Это вечная соперница Ралисы во время учебы в Академии. Она всегда, как я знаю, была первой и обходила ее во всем.

– Не всегда и не во всем, – буркнула дочка Гары, – с боевой подготовкой у нее были явные проблемы… – Но потом молодая магиня стала заводиться.

 – Именно из-за таких, как она, об эльфах идет слава невыносимых и высокомерных гордецов. Она не то что игнорировала тех, кто пытался с нею общаться или дружить, она их просто не замечала. Она даже не была в курсе того, что ее ненавидела вся Академия. Одни завидовали тому, что ей все так легко дается, другие – тому, как ее одарила природа… Она… Она… даже не знала, что увела у меня… и он… а она… А потом он… – Тут Ралиса хотела продолжить, но, наткнувшись на строгий взгляд своей матери, неожиданно замолчала и села на свое место, с которого даже не заметила, как вскочила, пока произносила эту свою пламенную речь.

«М-да… некая невнятная какофония звуков, но суть в общем-то ясна», – констатировал я, глядя на девушку.

Нрия между тем чуть ли не со слезами на глазах удивленно переводила свой взгляд с Ралисы на ее мать, а потом медленно оглядела стол и всех остальных, сидящих за ним. Тут ее взгляд вновь зацепился за слегка покрасневшее лицо Ралисы.

– Но… – попыталась сказать молодая жрица, и стало заметно, что из ее глаз катятся крупные слезы, она слегка всхлипнула, однако потом, выдохнув сквозь плотно сжатые губы, собралась и вновь посмотрела на сестру Тирии, – я ничего этого не хотела.

Я даже из комнаты выходила как можно реже, чтобы избежать любого внимания. Оно отвлекало, а я не могла себе этого позволить, – с грустью, тихим голосом стала рассказывать девушка. – Я вообще никогда не хотела состязаться с тобой. Мне нужно было как можно быстрее закончить Академию, чтобы я перестала обременять свою семью. И этому я отдала всю себя, погрузившись в учебу.