– Ты только что вернулась с собрания членов ООН или типа того? – спрашиваю я.

Она хмурится.

– Нет. У нас был поздний семейный ужин в загородном клубе. А что?

Значит, она такая напыщенная из-за родителей.

– Просто спросил.

– Садись сюда. – Фелисити показывает на синее мягкое кресло. – Нет, погоди. Не двигайся. Ты какой-то грязный.

Она бросается к шкафу и достает полотенце. Расстелив его на кресле, показывает мне жестом, что теперь можно сесть.

Я оглядываю свои футболку и джинсы. По-моему, эту футболку я ношу лет с пятнадцати. Кое-где она узковата, в каких-то местах потерта, но зато мне в ней удобно и она чистая.

В конце концов, у нас есть экономка. Мою одежду стирают.

– Что не так с моими шмотками? – грубо спрашиваю я.

– Ты как будто вытащил эти джинсы из помойки.

– Помойки? Ты шутишь? Они обошлись мне в штуку баксов!

Да, я готов выложить тысячу долларов за пару штанов. А почему нет? Я могу себе это позволить, черт побери!

– От этого они не перестали быть уродливыми.

– Рваные джинсы сейчас на пике моды. Их все носят.

– Твои не рваные. Они грязные и безобразные. Честное слово, выглядишь как бомж.

Спокойно выслушивать все это не поможет никакое количество алкоголя, поэтому я поднимаюсь из кресла и иду к двери.

– Спасибо за критический анализ моего стиля, о котором я не просил.

– Погоди, – раздраженно говорит Фелисити. – Ты не можешь пока уйти. У меня есть к тебе предложение.

Она еще полностью одета, а значит, это не то предложение, которое может меня заинтересовать.

– На тебе слишком много одежды, сомневаюсь, что оно мне понравится.

– А как насчет этого? – Фелисити открывает другой шкаф и достает бутылку водки.

– А вот это уже другой разговор.

 – Я тянусь за бутылкой, но Фелисити быстро отводит руку в сторону. – Дразнишь, значит?

– Сядь, и я отдам тебе бутылку.

У меня два варианта: пойти домой и продолжать маяться от смертельной скуки или напиться у Фелисити и даже, может быть, заняться с ней сексом.

Я снова сажусь в кресло.

С триумфальной улыбкой она протягивает мне бутылку, которую я тут же открываю и прикладываю к губам.

На лице Фелисити появляется выражение отвращения.

– Поверить не могу, что ты Ройал.

– Уж поверь, детка.

– Ты готов выслушать мое предложение?

– Я не очень люблю слушать.

 – Я широко улыбаюсь ей. – Но ты продолжай, покажи мне, что у тебя есть, а я скажу, интересно это мне или нет.

– Я не собираюсь играть с тобой в «расскажи и покажи», – холодно отвечает Фелисити. – Короче, Истон. Я наблюдала за тобой всю неделю…

– Нравится следить за людьми?

– Кто бы говорил, – отвечает она, закатив глаза. – Ты бегаешь за Хартли Райт, хотя очевидно же, что это лишь пустая трата времени.

– Разве?

Про Хартли можно много чего сказать. Она раздражает. Она колючая. Чертовски сексуальная.