Объект у нас секретный, смартфоны и прочие гаджеты с функцией геолокации запрещены. Официально телефонов в части нет, только дежурные. Неофициально — есть, конечно. Но не у рядовых.

— Но Вы же звоните…

— Я умный, мне по званию положено. А ты еще дурак. Тебе не положено.

— Ну, пожалуйста. Мне девушке надо.

— Всем надо, Шагалов.

— Ну я куплю этот звонок! За любые деньги!

— Давай в строй, а! Нашелся мне здесь, барин.

— Десять штук! — злюсь я. — Вам же не лишние?

— Здорово, мажор, — легкий удар кулаком в плечо.

Голос знакомый…

— Лемешев! — удивленно узнаю Янкиного брата.

— Э.

— Товарищ старший лейтенант, — чуть заметно закатываю глаза.

Мой старшина сваливает. Расслабляюсь.

— Дай Янке позвонить.

— Не могу. Трубку сдал.

— Жаль… — вздыхаю я.

— На словах могу передать.

Отрицательно качаю головой. Идем рядом к плацу.

— Как глаза у нее?

— Хорошо. Минус четыре. Линзы надела."

"— Классно. Я все еще ее парень? — вырывается у меня то, что тревожит круглосуточно.

— Скоро спросишь сам, — ухмыляется.

Да уж. Чувствую, до присяги не увижу.

— Марат вас по полосе гоняет сегодня. Давай, в строй.

Больше, чем столовую я ненавижу только местную обувь. Армейские сапоги это вам не Луи Виттон. Мои ноги привыкли совсем к другой обуви. Но ныть нельзя. Все точно в таких же.

Лемешев о чем-то переговариваются с Маратом. Два бугая… Марат — зверь! На спаррингах по рукопашке ломает по-взрослому. Никого не жалеет. Бить кулаками мне еще пару-тройку месяцев нельзя, руки только зажили. Но я извернулся и нокаутировал его неделю назад раунд-киком. За что был «удосужен» рукопожатия.

— Рядовой Шагалов, шаг вперед! — рычит Марат, сложив руки за спиной.

— По распоряжению из штаба сегодня приступаешь к дежурству на объекте.

— Я же присягу не давал, — с сомнением смотрю на них.

— А тебе автомат никто не доверит, рядовой. Тачку помоешь, бойцам ужин принесешь.

На побегушках, значит?

— Ясно…

— Чо?!

— Так точно! Можно вопрос? А что за объект?

— Ты малахольный, что ли, Шагалов? — изображает фейспалм Лемешев.

— Во-первых, — цедит Марат. — После вопроса «а можно вопрос?» младший по званию ждет ответа старшего по званию. Ответ — «нет!». Во-вторых, бойцы спец подразделений точки своего назначения не знают. И должны быть готовы нести службу в любой точке без лишних вопросов. Ясно?

— Так точно, — бубню я, недовольно.

С грустью перевожу взгляд на высокий забор. Поверх «колючка». Где-то там, совсем рядом, военный городок, Янка…

Подразделение рысцой убегает на полосу препятствий. А мне дают другую форму. И берцы! Ну наконец-то… Приличная обувь.

Во мне тут же пробуждается кикерская пружина внутри. И я упруго скачу на месте. Делаю несколько ударов в воздух. Забираю сумки с обедом для бойцов.

Служебный фургон не имеет окон.