Жду, что Туманов устроится напротив, но он вдруг занимает место рядом со мной. Придвигается ближе и укладывает одну руку на стол, а вторую - на спинку моего стула. Заключает меня в плотное кольцо, чтобы я вырваться не смогла, пока не договорим.

- Итак, в клинике сообщили, что в криобанк в тот день ничего не поступало, - продолжает беседу, пока я задерживаю дыхание, чтобы не впустить в себя его аромат. Дурманящий и дорогой. Запах богатства, власти и… настоящего мужчины. – Никаких данных за конкретную дату нет. Значит, использовали сразу. Для какой-то счастливицы, - нагло ухмыляется, будто случайная мать его сына джек-пот выиграла.

- И ты хочешь сделать ее несчастной? - парирую я.

Вбираю носом воздух, тону в смеси цитруса, бергамота и миндаля. Закашливаюсь, пытаясь отогнать отключающий разум аромат. Но он успел окутать меня всю, впитаться в полупрозрачную ткань платья и проникнуть под кожу."

"Отклоняюсь, увеличивая расстояние между нашими с Адамом лицами. И с вызовом в глаза ему смотрю.

Его жертва не я. Знаю это, потому что лично выбирала донора из криобазы. Мало того, что по характерным чертам и возрасту он на Туманова не похож (я внимательно описание изучила), так еще и «из старых запасов».

Нет, сноб и хам не имеет никакого отношения к моим детям. И слава богу.

- Ну, не факт, я же не обижу, - опять на деньги намекает, вынуждая меня глаза устало закатить. – Осталось выяснить, кто она.

- Почему ты так уверен, что твой драгоценный материал незамедлительно в дело пустили? – пытаюсь достучаться до его здравого смысла, если зачатки не утонули в море самолюбия. - Что если он просто не подошел по каким-то параметрам? Морфология, подвижность… - перечисляю сосредоточенно.

- Агата, - обрывает меня Туманов. – Нормально все у меня с подвижностью, - едва ли не рычит. Невольно я зацепила его мужское эго.

- Я о другом, Адам, - качаю головой. - Его могли действительно утилизировать, а ты гоняешься сейчас за призраками.

- Выбора нет, - мгновенно мрачнеет. – Я должен попробовать все варианты. - Пустота в глазах появляется, а огненно-карие всполохи стремительно гаснут. Словно по щелчку пальцев Адам меняется. Выглядит осунувшимся и глубоко несчастным. – Всего-то нужно достать имена тех, кто делал ЭКО в тот единственный день.

- И отнять ребенка? – наношу очередной удар, пока Туманов раскрылся. И отправляю его в нокаут.

- Договориться, - произносит хрипло. – Не получится забрать сына, так хотя бы добиться встреч. Ну и… обеспечивать его. В противном случае мне даже наследство завещать некому будет. Мое положение безнадежно, - тяжелый тон пропитан горечью.

Вместо надменного сноба передо мной – обычный человек, надломленный и растерянный.